Прошлое, настоящее, будущее…

Ратмино. Устье реки Дубны. Волга. Храм Похвалы Пресвятой Богородицы… Для жителей подмосковной Дубны это не просто близкие, хорошо знакомые названия. Это уже своего рода духовные знаки, символы родного края, малой Родины. Справедливо заметить, что у каждого города есть свой исторический символ, своя визитная карточка о прошлом. И если для москвичей это Кремль, петербуржцев – Петропавловская крепость, то для дубненцев – это Ратмино…

Стоя на обрывистом берегу речной стрелки и всматриваясь в устремляющуюся в сторону Кимр волжскую стихию, завороженный живописными красотами местного антуража, невольно теряешь ощущение Пространства и Времени… На мгновение абстрагируясь от привычной «системы координат», ловишь себя на мысли о какой-то ирреальности происходящего. И самое главное – ощущаешь какое-то незримое, почти овеществленное присутствие Прошлого.

Ратмино притягивает подобно магниту, а притянув, пленяет свою «жертву», и долго не отпускает от своего чарующего взор уголка, где спокойно душе, и в котором так удивительно сочетаются Природа и История. Будто бы заставляя «случайного свидетеля» окунуться в толщу столетий, прикоснуться к Тайне здешней земли.

Не случайно, став местом паломничества горожан в выходные и праздничные дни, это место одновременно является своеобразной «исторической Меккой», привлекающей уже ни один десяток лет историков и археологов, известных краеведов. Поистине богато и содержательно прошлое этой маленькой земли, жизнь на которой, подобно сказочной птице Феникс, временно угасая, вновь возрождалась «из пепла», символизируя связь времен и преемственность поколений.

Первобытная неолитическая стоянка каменного века; древнерусский летописный город-крепость Дубна, основанный в 30-х гг. XII века Юрием Долгоруким и защищавший западные рубежи Ростово-Суздальской Земли, сожженный новгородцами в горниле межусобной княжеской войны в 1216 году; средневековый таможенный княжеский пост – «Дубенское мыто», игравший важную роль «торговых ворот» на знаменитом «малом водном ходу» по рекам Дубна, Сестра и Яхрома, связывавшим Волгу с Москвой, по водной глади которого в обе стороны шли груженые различным товаром речные суда, проходившие «таможенное оформление» на дубненском устье; позднесредневековое сельское поселение XVI-XVII вв., занимавшееся традиционным тогда на Верхней Волге рыбным промыслом и вероятно находящееся под эгидой дворцового ведомства – Приказа Большой казны…

Однако в настоящей публикации наше повествование затронет, пользуясь периодизаторской терминологией отечественных историков, новый («императорский, дворянский» - XVIII-XIX века) и новейший (XX век) периоды истории поселения на устье реки Дубны.

Сразу же необходимо подчеркнуть, что речь пойдет о названиях разных населенных пунктов (Ратмино и Городище), исторически взаимосвязанных между собой территориально и функционально. Место расположение села Городище – устье реки Дубны. Деревня Ратмино, ведущая свою историю с XI века, располагалась немного выше по Волге от дубненского устья на месте нынешних полей, огородов, перелеска и прудов, находящихся справа и слева от современной асфальтовой дороги, ведущей к профилакторию. В дальнейшем, а речь об этом пойдет ниже, топоним «Ратмино» «перекочевал» на устье реки Дубны и дал сначала одно из названий, а затем по прошествии некоторого времени и основное название поселению. Кстати, здешняя местность по количеству своих названий, упоминаемых в новое время, особенно в разных письменных источниках во второй половине XIX века, поистине неординарна. Село Дубенское, Городище, Усть-Дубенское, Усть-Дубна, имение «Дубно», «Дубна», «Дубны», Ратмино…

Этимология топонима Городище, весьма распространенного в европейской части России, очевидна. С течением времени древнерусские города по тем или иным причинам могли утрачивать свое значение, население их покидало, укрепления разрушались. Места, где некогда были города, стали называть городища. В свою очередь, возникающие на этих местах поселения получают аналогичное название – Городище. Следует отметить, что древнерусский суффикс – ище- указывает на место, где ранее находился объект – вспомним по аналогии селище, мытище, торжище, печище и др.

В отличие от своего соседа этимология названия Ратмино остается до конца невыясненной. Две версии наиболее вероятны. Первая, наиболее правдоподобная, исходит из того, что сельская топонимика России, как правило, была владельческой по своему характеру. В связи с этим, названия образовывались в форме притяжательных прилагательных, для чего использовались различные форманты – суффиксы. В использовании суффиксов четко просматривается определенная динамика, разные суффиксы использовались в определенные исторические периоды. Наиболее древним из числа притяжательных, по мнению специалистов, был суффикс jь, хорошо известный в качестве форманта в названиях Ярославль (от Ярослава) и Владимир (первоначально Володимерь, от личного имени Володимер). Согласно данной точки зрения, топоним Ратмино возник в 11 веке (это подтверждается и археологическими раскопками) и был образован от личного славянского имени Ратмир, с основой на древнейший славянский формант jь притяжательного назначения. Возможно, что человек с именем Ратмир был в числе первых поселенцев, либо являлся первым владельцем этого населенного пункта.

Кстати, сравнительный анализ аналогичных по структуре названий позволяет выявить их первичную исходную форму. Так, например, современный населенный пункт Ратмирово в Воскресенском районе Московской области в ранних источниках упоминается как Ратьмир. В писцовой книге по Дубенскому стану Кашинского уезда 1628 года Ратмино упоминается как поселение «Ратьмеръ», хотя вполне возможно писец сделал техническую ошибку (довольно частое явление) и «р» на самом деле должно звучать как «н» - «Ратменъ». Вторая версия наводит на мысль о связи топонима с древнерусским глаголом «рать» - пахать, обрабатывать землю.

По материалам Тверского Государственного Архива известно, что в 1744 г. в село Городище на Дубенском устье был назначен священник отец Игнатий Максимов. (До недавнего времени это было самое ранее известие из письменных источников). В административно-территориальном отношении село входило в Дубенский стан Кашинского уезда и принадлежало землевладельцу Василию Михайловичу Грязнову, предок которого Илья Осипович Грязный был пожалован от царя Михаила Федоровича Романова «усть-дубенской вотчиной» за «московское осадное сиденье королевича приходу» в 1627 году. В состав вотчины входили село Городище, деревня «Ратьмеръ» (Ратмино) и известная нам деревня Иванькова, которая упоминается на тот период как пустошь.

После 1751-го года село уже числится за знаменитым в России дворянским родом Татищевым, берущим свое начало от князей Рюриковичей. Представители именитого дворянского рода служили верой и правдой московским великим князьям, а также удельным князьям Дмитровским. Примечательно, что подтверждением данного факта служит до сих пор сохранившееся название «Татищево» одного из сельских населенных пунктов в Дмитровском районе Московской области, которое можно увидеть, направляясь по Дмитровскому шоссе к Дубне – это одна из бывших татищевских вотчин.

В первой половине XVI века некоторые Татищевы были испомещены в Псковском уезде. Именно на Псковской земле в конце XVII столетия родился, пожалуй, самый выдающийся представитель известного рода, первый русский историк Василий Никитич Татищев.

Некоторые историки и краеведы полагали, а может быть, полагают и до сих пор, что основатель Екатеринбурга и бывший Астраханский губернатор являлся личным собственником имения на устье реки Дубны. Однако сам Василий Никитич, как это ни прискорбно, не был владельцем села Городища и деревни Ратмино: имение принадлежало внучке уже упомянутого нами Василия Грязнова Авдотье Ивановне Татищевой (урожденной Грязновой), от которой оно перешло к внуку именитого историка, Ростиславу Евграфовичу Татищеву. По материалам Генерального межевания, проводимого в Тверских землях во второй половине XVIII века известно, что это время в селе Городище было 27 дворов, численность населения – 90 мужчин и 100 женщин, а в деревне Ратмино 11 дворов – 41 мужчина и 39 женщин.

В 1781 году в рамках проводимой Екатериной II губернской реформы и появлением новых административных центров, возник новый уездный город Корчева (располагался напротив Конаково, ныне затоплен водами Иваньковского водохранилища). Имение Городище на Дубненском устье, вместе с деревней Ратмино перешло из Кашинского уезда во вновь образованный Корчевский уезд Тверского наместничества (основано в 1775 году; в 1796 году преобразовано в Тверскую губернию).

Татищевы, как указывают источники, владели имением и в начале XIX столетия, пока в 1806 году не произошло весьма знаменательное событие, которое во многом определило в дальнейшем как известный нам облик Ратмино, так и судьбу усадьбы на устье Дубны. Одна из двух дочерей Ростислава Евграфовича Татищева, Елизавета Ростиславовна, вышла замуж за представителя прославленного княжеского рода князя Сергея Сергеевича Вяземского, получив село Городище и деревню Ратмино в приданное. Состоявшийся брак, надо полагать, был далеко не случаен, поскольку кровнородственные связи Вяземских и Татищевых, их родовые древа пересекались. Примечательно, что и те другие были «земляками», т.к. были связаны со смоленской ветвью князей Рюрикова дома и в целом были «выходцами» из Смоленской земли. Данный факт нашел свое отражение и в родовой геральдике – в гербах Вяземских и Татищевых фигурирует герб Смоленска.

С момента бракосочетания Вяземские становятся третьими по счету известными владельцами имения (после Грязновых и Татищевых) на дубненском устье, и главным образом именно с ними в первую очередь ассоциируется Ратмино у историков и краеведов, когда заходит речь о так называемой «новой» истории усадьбы.

Родовое древо Вяземских восходит своими корнями к генеалогии князей Киевской Руси. Вяземские, являясь прямыми потомками князей Рюрика и Мономаха, были представителями высшей титулованной знати Российского государства. Как уже было сказано, в их родовом гербе на фоне княжеской мантии под княжеской короной на почетном месте располагается герб Смоленска (пушка с сидящей на лафете птицей), указывающий на бывшее земельное владение древнего княжеского рода на Смоленщине – город Вязьму (отсюда и фамилия). Вяземские – владельцы Ратмино – относились к младшей ветви славного княжеского рода, ведущей свое начало от предка Романа Константиновича, жившего в XVII веке. Шестым коленом от него был князь Алексей Васильевич, правнук которого, действительный тайный советник князь Сергей Иванович Вяземский (умер в 1813 году) от брака с Анной Федоровной Каменской, сестрой фельдмаршала, оставил двоих сыновей. Старший – князь Михаил Сергеевич (1770-1848), шеф 13-го егерского полка в Отечественной войне 1812 года. Младший, уже упомянутый нами, - генерал-майор Сергей Сергеевич (1775-1847), женившийся на Е.Р. Татищевой.

На левом берегу Волги, напротив дубненского устья располагалось (как и сейчас) село Пекуново, также принадлежавшее Елизавете Ростиславовне. Между ним и селом Городище существовала переправа, доход от которой поступал в бюджет Вяземских. В «Описании Корчевского уезда Тверской губернии, рекогносцированного подпоручиком Цинциановым в 1823 году» говорится, что в Пекуново в это время было всегда 3 двора. Численность населения 46 душ – 24 мужчины и 22 женщины.

В 1823 года 15 июля в селе Городище произошло трагическое событие – от удара молнии загорелась деревянная церковь во имя Похвалы Пресвятой Богородице (была построена в 1714 году). Как сообщают источники, церковь, по донесению благочинного Корчевы, отца Иоанна Алексеева, «сгорела и с колокольнею вся без остатка». «Священноцерковнослужители того села и прихожане, коих было около 300 человек, при употреблении всех средств и стараний, не могли прекратить сильнейшего действия огня. Церковную же утварь священник Иоанн Макарьев с причетники в самой крайней опасности, когда церковь полна была дыму и чаду, … вынесли и сохранили в целости».

На месте сгоревшей церкви 20 июня 1824 года была заложены и к 29 августу 1827 года выстроена и подготовлена к освящению со всем внутренним убранством новая каменная церковь Похвалы Пресвятой Богородице, которая стоит и поныне, радуя прихожан своей красотой. Архитектурные формы храма выполнены в традициях поздней классики первой трети XIX века (стиль ампир), органично вписываясь в окружающий ландшафт.

После смерти мужа князя Сергея Сергеевича Вяземского в 1847 году вдова Елизавета Ростиславовна решила поделить семейное наследство (земельные владения) между детьми. От их брака остались два сына и дочь. Старшему, князю Александру Сергеевича (родился в 1806 году), в числе прочих досталась и часть имения в Тверской губернии – село Городище. Раздел наследства произошел в 1851 году. Как мы можем видеть, Александр Сергеевич, будучи человеком инициативным и энергичным, получив во владение родовое имение, приступил к активной деятельности по его обустройству. Именно тогда по причине неудобного расположения (заболоченность и неплодородие почв, угроза затопления во время весенних разливов Волги), по его инициативе деревня Ратмино была перенесена от Волги к реке Дубне (нынешняя Александровка – одна версий названия – по имени князя-благоустроителя). А название «Ратмино» постепенно перешло на соседнее село Городище.

В 1861 году в имении был выстроен новый помещичий дом. Дом был двухэтажный: нижний этаж кирпичный, верхний с мезонином (поэтому дом производил впечатление трехэтажного) – деревянный. При доме размещались различные хозяйственные постройки. Рядом был разбит живописный парк, устроены аллеи с каменными беседками – ротондами по периметру владений. Для того чтобы наглядно представить себе неподражаемый колорит усадьбы Вяземских обратимся к фрагменту путеводителя «Художественные памятники Верхневолжья», увидевшим свет в 1974 году, где дается ее (точнее то, что от нее на тот момент сохранилось) краткое описание.

«Усадьба отделена от церкви аллеей. Дом здесь не главное. На простом кирпичном нижнем этаже, где лишь белокаменные клинья над окнами выдают еще живую классическую традицию, стоит рубленный из бревен, не обшитый досками второй этаж с мезонином. Даже расположение верхних и нижних окон не совпадает. Единственные нарядные детали – кованый навес над входной дверью да в нише между окнами – каменная доска с резной надписью: «построил 1861 года князь А.С. Вяземской». Дом явно построен с расчетом, чтобы смотрели не на него, а из него на живописнейшие окрестности. И вся усадьба… запоминается как место особой природной красоты, умело использованной создателями ее маленького парка. Золотые поля вдоль Дубны в рамке темных стволов аллеи, вид из дома на Волгу, прямую и широкую с низкими зелеными берегами, сосновый бор, полный ягод, в который незаметно переходит парк – вот главные впечатления от усадьбы». Еще в конце 1980-х годов автор настоящего материала беседовал с местными старожилами, которые восторженно говорили об удивительной красоте маленькой усадьбы. В частности, отмечали наличие в ансамбле усадебного парка даже статуй и фонтанов (!). Эту информацию также подтверждает и директор музея Е.Ю. Крымов.

После смерти Александра Сергеевича Вяземского имение переходит в собственность его сына, рожденного от второго брака с Екатериной Львовной Олсуфьевой (урожденной баронессой Боде), Константина Александровича Вяземского (родился в 1852 году).

Очевидно, как и всякое дворянское гнездо, тем более принадлежащее знаменитому княжескому роду Вяземских, маленькая живописная усадьба на дубненском устье собирала под своей крышей различных знатных гостей, в том числе и весьма именитых представителей русской культуры и искусства того времени. В данном контексте следует рассматривать сообщение в среде краеведов, что в 1870-х годах в имении «Дубно» (у Константина Александровича Вяземского) гостил авторитетный русский художник-пейзажист, друг основателя картинной галереи П.М. Третьякова и деятельный участник Товарищества Передвижных выставок, Михаил Константинович Клодт (1832-1902). Якобы здесь им в 1872 была написана одна из его лучших работ «На пашне». Также существует информация, что картина русского художника Михайлова «Девушка, молящаяся в церкви» возможно, тоже была написана в ратминской усадьбе, поскольку один из авторских списков этой картины (?) до сих пор хранится в Кимрском краеведческом музее и поступил в фондохранилище в 1929 году из предметов городищенской усадьбы.

Еще одна примечательная информация. По сведениям кимрского исследователя В.И. Коркунова, старожилы Кимр А.А. Шокина и М.А. Гладилова рассказывали, что в летнее время в имение к Мамонтовым в Пекуново (на другом берегу Волги напротив нынешнего Ратмино) приезжало много гостей, среди которых бывал Федор Иванович Шаляпин. Во время его приездов жители окрестных деревень могли слышать чарующий бас великого певца, разливающийся по вечерам над Волгой. «Эй, дубинушка ухнем…!»

Кстати, с множеством посещавших усадьбу гостей связана одна любопытная легенда: каждый, кто приезжал отдохнуть на лоне природы в маленько, чарующем взор имении, считал своим долгом привезти его владельцам саженцы благоухающей сирени. Постепенно сиреневые кусты разрослись и, пережив саму усадьбу, дожили до наших дней, придавая неподражаемый колорит ратминскому антуражу.

Ратмино вообще изобилует легендами, создающими некоторый загадочный ореол над бывшим поместьем. Так, например, по сохранившемуся преданию могучий дуб, ближе всего растущий к церкви Пресвятой Похвалы Богородице якобы был посажен самим князем Александром Сергеевичем Вяземским. Дуб, по мнению некоторых старожилов, обладает целебной силой. Если прижаться к его мощному стволу и, обняв руками «старого великана», постоять так некоторое время – телесные хвори и «душевные недуги» должны обязательно отступить. Есть еще одна, совсем невероятная фантастическая легенда: будто бы в имение к Вяземским заезжал сам Александр Сергеевич Пушкин! (Вот уж поистине настоящая сенсация и подлинный сюрприз для пушкиноведов в недавно отмеченный 200-летний юбилей гениального поэта!) Конечно, последняя информация при серьезном анализе не выдерживает критики. Ближайшим от нас местом, где побывал Пушкин, является село Никитское под Калязином – бывшая усадьба Ушаковых, знакомых поэта по Москве. Возможно данный миф (но оцените какой!) базировался на простой ассоциации фамилии тогдашних владельцев дубненской усадьбы с фамилией одного из самых близких друзей поэта, которому он посвятил несколько своих произведений Петра Андреевича Вяземского (представитель другой ветви рода Вяземских). Хотя, объективности ради надо признать, что любая легенда, любое суеверие содержит в себе зерно рационализма. Поэтому только тщательная проверка всех фактов и первоисточников способна дать окончательный и исчерпывающий ответ на риторический вопрос: «Был ли Пушкин в Ратмино?!»

Мы отвлеклись от основной фабулы нашего повествования, посему продолжим рассказ об истории ратминского поместья после Вяземских.

20 июня 1880 г. «недвижимое имение, состоящее Тверской губернии Корчевского уезда села Городище, что на Дубне, свободное от заселения крестьянами, с землею при деревне Ратмино и населенной деревни Козлаки «было продано кандидату права Николаю Петровичу Шубинскому. Существуют сведения, что он был одним из профессоров Московского Императорского Университета. Шубинский владел имением недолго. Спустя год, летом 1881 г., он продал усадьбу на устье Дубны почетному гражданину Сергею Никитичу Ганешину (по некоторым источникам Гоняшину, Гонятину) по купчей крепости за 48 тысяч рублей.

Известно, что село Городище в конце XIX – начале XX века являлось административно-религиозным центром локального значения – было центром местного прихода. В 1915 г. к приходу церкви Похвалы Пресвятой Богородице относились деревни Ратмино (Александровка) – 50 дворов, 163 мужчины и 152 женщины; Козлаки (Козлиха) – 9 дворов, 28 мужчин и 33 женщины. Кроме названных деревень, к приходу церкви также были прикреплены деревни Иваньково (Иванькова), Пекуново (Пекуновка), Притыкино. Всего прихожан числилось 1218 мужчин и 1315 женщин. В селе с 1887 года действовала одноклассная церковно-приходская школа, в которой обучалось около 50 человек. В соответствие с правилами того времени, осуществление начального образования в сельской местности являлось прерогативой лиц духовного звания. Уроки Закона Божия вел бесплатно 33-летний священник Ратминской церкви Николай Драницин, учителем был Михаил Веревкин, выпускник духовной семинарии. Материалы по Корчевскому земству Тверской губернии сообщают, что наряду с церковно-приходской школой в селе работало и земское училище, где местную молодежь обучали ремесленным специальностям.

Через село Городище проходила дорога, связывавшая уездный город Корчеву и известное торговое село Рогачево с Кимрами. Дорога шла по правому берегу Волги через все расположенные древни. В устье реки Дубны был паром, а потом просто брод. Это место сохранилось и до наших дней – оно без особого труда угадывается на местности.

Новый владелец решил поставить на широкую ногу усадебное хозяйство. В «Сборнике статистических сведений по Тверской губернии» за 1899 год приводятся следующие данные по имению: «…По земской раскладке за владельцем числится 1690 десятин… Имение находится в заведывании у управляющего… На ¼ десятины усадебной земли разводятся огурцы, которые сбываются в Кимре, огороднику платят 200 руб. в год. Рогатый скот местной породы, при скотном дворе 3 скотницы (по 54 руб. в год). Лес еловый и сосновый в возрасте 40-60 лет, лесник получает 85 руб. в год. Покосы по лесу и кустарнику сдаются соседним крестьянам (рублей на 350). В хозяйстве сбываются: сено в Кимру и Корчеву по 170 пуд, рожь на мельницы по 6 ½ рублей четверть, овес заборщикам по 45 коп. и картофель по 20 коп. меру; там же 3 свободных хозяйства. У священника пчельник в 40 колод, с каждой получает меду 5 фунтов, воску 2 фунта».

Необходимо отметит, что до революции село Ратмино специализировалось на молочном животноводстве. Стадо молочных коров ярославской породы насчитывало 150 голов. Также разводили свиней английской породы. По информации старожила ратминских мест Николая Николаевича Свешникова, описывающим по памяти имение «Дубна» в 1920 году, в его приусадебное хозяйство входило: скотный двор, цех переработки молока, теплица, оранжерея, сенные сараи, зерносклад, конюшня, пасека, кузнеца, птичник, электростанция артезианский колодец…

Последним владельцем Ратмино был Иван Петрович Любомилов, приобретший усадьбу в 1917 году накануне октябрьского переворота. Примечательно, что район современной улицы Мичурина до недавнего времени сохранял название «любомиловская дача», как возможный указатель на местонахождение «загородной резиденции» последнего владельца ратминского имения. Сведения о нем есть в документах совхоза «Дубна» Корчевского уезда, относящихся к периоду 1918-1923 годов. Совхоз, организованный в 1918 году на основе национализированного имения помещика Любомилова, был одним из первых в области. Примечательно, что передовое хозяйство посещал видный деятель Советского государства Рыков. В начале 1930-х годов на базе домов, перенесенных из деревни Александровка, был создан колхоз «Ратмино», который занимал земли на берегу реки Волги. Земли бывшего совхоза «Дубна» были переданы в распоряжение вновь образованного колхоза «Ратмино», кроме территории бывшего имения Вяземских.

Активно проводимая во второй половине 1930-х годов антирелигиозная кампания не обошла стороной и земли бывшего Корчевского уезда. 1937 год в истории Ратмино отмечен трагедией – варварским разорением церкви Похвалы Пресвятой Богородице. По свидетельствам очевидцев храм ломали несколько дней, выносили иконы и бросали в тут же разведенный костер. Потом, в духе тогдашних традиций, в церкви открылась мастерская по ремонту тракторов, в стене храма был сделан пролом для их проезда. В течение двух лет помещение храма использовалось под мастерскую. Затем в алтарной половине церкви сделали деревенский клуб, в другой – колхозную столовую. В послевоенное время на территории бывшего ратминского имения было организовано сельскохозяйственное училище, просуществовавшее фактически до начала 1970-х годов. Именно тогда училище было перенесено в левобережную часть города, Дубну-3, где и существует поныне как всем известное СПТУ-95. С переездом училища жизнь на территории бывшей усадьбы окончательно останавливается. Разрушаются ротонды-беседки, хиреет парк, ветшают и уходят в небытие многочисленные хозяйственные постройки. Дом Вяземских, использовавшийся как административный корпус, пустеет и разрушается; выгорает второй деревянный этаж с мезонином. В дальнейшем остатки дома в качестве стройматериалов (кирпич, бревна) поэтапно растаскиваются «благодарными потомками» на собственные нужды для своих садов-огородов…

… Время неумолимо устремляется вперед, в будущее, все явственнее и отчетливее обнаруживая грань между прошлым и настоящим. От былого благолепия ратминской усадьбы остается все меньше и меньше следов. Заросший травою и деревьями холм выдает сохранившийся фундамент господского дома с сияющим провалом арочного входа в подвал, где еще «жива» старая кирпичная кладка подвальных стен и потолка. Чудом уцелела каменная плита «Построил князь Ал.(ександр) Серг.(еевич) Вяземской 1861 г.(ода)», сбереженная «ратминским краеведом и хранителем» Н.Н. Свешниковым, которая ныне украшает экспозицию Дубненского музея археологии и краеведения…

…Бесноватый ветер гуляет по заросшим аллеям старого парка-призрака, в котором нет-нет да появляются тени прошлого. Высохшие вековые дубы – живые свидетели истории – подобно сказочным исполинам на речном берегу сторожат руины барского дома. Взирая с укором на происходящее, заставляя хотя бы своим существованием задуматься о вечных непреходящих ценностях – добре, справедливости, памяти. И если, находясь в Ратмино, абстрагироваться от изумительной природой идиллии и порождаемой ею поэтической вдохновенности – на сердце вдруг становится грустно и тяжело.

Как говорили древние: «Время разбрасывать камни, и время их собирать». Быть может, когда-нибудь жители подмосковной Дубны осознают глубинный смысл этой сакраментальной сентенции и воскресят историю Ратмино, организовав не на словах, а на деле историко-культурный заказник. Заново отстроят вяземский дом, где могла бы разместится экспозиция замечательного музея об удивительном прошлом этих мест, и, который стал бы еще одним городским очагом культуры; восстановят старый усадебный парк с прекрасными беседками, по аллеям которого будут прогуливаться дубненцы со своими детьми под благодатное пение птиц. И они будут рассказывать им о том, как столетье назад здесь по тенистым парковым дорожкам дефилировали милые барышни, приехавшие погостить в дубненскую усадьбу от забот и столичной суеты, в кружевных шляпах с парусиновыми зонтиками от солнца, читая томик стихов божественного Гете…

Безусловно, именно из таких живописных уголков, разбросанных по всей матушке-России и складывается представление о красоте нашей природы, величии национальной истории, самобытности и богатстве отечественной культуры. Именно в них представляет загадочность и глубин русской души. И если мы нашли в себе силы найти «дорогу к Храму», восстановив Ратминскую церковь, то теперь осталось найти дорогу к нашей Истории, восстановив связь времен, воскресив полузабытое и разрушенное прошлое нашего края, нашей малой Родины.

Игорь ДАЧЕНКОВ

28.05.2004