Окрестности

Кимрская земля (часть 1)

Исторические очерки Николая Кудинова (2000 год)


География

Кимрский район находится в юго-восточной части Тверской области. Граничит с Калининским, Кашинским, Калязинским, Рамешковским, Конаковским и Талдомским районами (последний относится к Московской области). Площадь района — порядка двух с половиной тысяч квадратных километров. Центр — город Кимры с населением чуть более шестидесяти тысяч человек.

Район расположился на обширной плоской Верхневолжской низине, лишь в горицкой его части обозначается относительно небольшая Горицкая гряда.

Климат умеренно-континентальный, в год выпадает 550-750 мм осадков, весьма значительное количество дней отличается пасмурной погодой.

Высота над уровнем моря 100-130 метров.

В районе достаточно природных ресурсов для устойчивого функционирования различных отраслей экономики.

Преобладают три основных типа почв: подзолистые, аллювиальные (пойменные) и торфяно-подзолистые (болотистые). По механическому составу — суглинистые, песчаные на морене и субпесчаные.

Большую часть района занимает ландшафт низменной песчаной долины с древними дюнами, болотами и сосновыми лесами. В зоне Горицкой гряды прослеживаются линии слабо волнистых равнин с остатками еловых лесов, сменяющихся березово-сосновыми. По берегам Волги и Медведицы — речные долины с поймами и сосновыми лесами.

Гидрографическая сеть — река Волга с притоками: Кимрка, Большая и Малая Пудицы, Медведица, несколько озер, наиболее значительное из которых — озеро Усад. Волга пересекает район на протяжении 55 километров. Длина реки Кимрка — 32 километра.

Разведанные на территории района полезные ископаемые — это в основном торфяные месторождения. Наиболее крупным, переходящим на территорию Калининского района, является "Ольшанский мох".

В лесах можно повстречать лосей, медведей, волков, лисиц, зайца, белку, выдру, барсука, горностая, куницу... Из крупных птиц — серый рябчик, гусь, тетерев, белая куропатка, глухарь, вальдшнеп, утка... К акклиматизированным животным относятся европейский олень, енотовидная собака, ондатра, речной бобр.

Реки и озера богаты рыбой: щука, судак, голавль, окунь, пескарь, ёрш. карась, верховка, уклейка, вьюн, красноперка, лещ...

Для удобства вашей ориентации в административно-территориальной принадлежности Кимрского района можете ознакомиться с краткой исторической справкой:

16-17 века — Кимрская волость (стан) в составе Кашинского уезда; с 1781 года — в составе Корчевского уезда; с 1918 года - выделяется в самостоятельный уезд; с 1929 года — появляется Кимрский округ Московской области; с 1930 года — округ ликвидирован, но Кимры оставлены в Московской области; с 1935 года — именуется Кимрским районом Калининской (ныне Тверской) области.

В 1963-64 годах — в состав Кимрского входит Калязинский район. В 1964 году — в район вошла Горицкая зона Рамешковского района.

Имя

Когда и как возник на берегу Волги населённый пункт Кимры (или, как ранее говорили, Кимра)? Почему он носит название явно не славянского происхождения? Исторические источники, об этом умалчивают. Хотя версий имеется предостаточно.

Многие исследователи, краеведы в разное время высказывали свою точку зрения на происхождение названия Кимра (далее Кимры). Есть, например, предположение, что это слово, произошло от имени древнего племени кимерийцев. Племя такое, действительно, существовало, но жили кимерийцы в Причерноморье, и факт их миграции на север наукой не установлен.

Скорее всего, название уходит своими корнями в дославянское прошлое — к народу меря, принадлежащего к угро-финским племенам. Память о них осталась в названиях рек, озёр, городов (Нерль, Волга, Шексна).

Ещё в первой половине 18-го века известный историк В.Н. Татищев высказал предположение, что Кимры являются искажением слова Кирема. В своей "Истории Российской" он писал: "Имя сие есть ли эстонское, мордовское, значит, медвежье — как в Естляндии был град Киремпе, по-русски — "Медвежья глава". Кирема — река, впадающая в Волгу, по-русски — Медведица. Может, Кимры сами Киремы именовались". Позднее, уже советский исследователь В.Н.Топоров обнаружил в названиях рек Верхневолжья (Шоша, Верея и др.) формальное напо минание о балтийских названиях. Есть, конечно, и другие гипотезы. Но ни одна из них не является исчерпывающей.

Первые упоминания

Местный краевед А.Суханов, которому принадлежит значительный вклад в дело изучения кимрской истории, считал, что в далёкие времена Ростово-Суздальской Руси Кимры были городом и якобы упоминаются в исторических документах, датированных 1096 годом.

В документах, дошедших до нас. село Кимры упоминается впервые с середины 16-го века. Но это вовсе не означает, что территория, на которой располагаются Кимры и район, не были обжиты гораздо раньше.

Предположения

Давайте попытаемся хотя бы частично восстановить тот период истории, когда происходило освоение Верхневолжья человеком. В основание возьмем данные, которыми располагает наука. Вследствие каких процессов развития общества, произошло становление Кимрского края? Какие следы пребывания человека далёкого прошлого сохранила наша земля? Ответ надо искать в результатах археологических раскопок поселений, городищ, захоронений людей, в летописях и, наконец, в названиях населённых пунктов.

Предполагают, что заселение Верхневолжья происходило довольно медленно — по мере отступления ледников. Временем же освобождения юго-востока современной Тверской области ото льдов принято считать период 12 (и ранее) тысяч лет назад. Климат этого периода был суров. Преобладала тундрово-степная растительность.

Небольшое отступление: Ледниковое наследство.

Следы пребывания массивного ледяного покрова можно увидеть и в наше время. Достаточно проехаться от села Горицы в сторону города Кашина. По пути, по правому берегу реки Медведица, встретится холмистая местность — конечно-мореная Горицкая гряда. Морены — это одна из форм ледниковых отложений в виде обломков горных пород, принесённых ледником, а затем оставленных в местах таяния. Таяние ледника неузнаваемо изменило поверхность Земли и привело к образованию новых русел рек, болотных котлованов, плоских равнин.

Небольшое отступление: Геологическое своеобразие.

Говоря о геологических особенностях Кимрского района, нельзя не остановиться ещё на одной, связанной с карстовыми явлениями — образованием в толще земли пещер, которое происходит за счёт выщелачивания земных пород. В первой четверти нынешнего века, а именно в 1920 году, в районе деревни Морщицино (неподалёку от с.Ильинское) образовалось провальное озеро. В древности на его месте уже существовало озеро, которое постепенно заболотилось и поросло кустарником. Подобных озёр в Кимрском районе несколько (Ченцовское, Василевское. Ильинское, Покровское).

Археология

Археология позволяет проследить исторические эпохи, пережитые людьми, населявшими Верхневолжье (палеолит, мезолит, неолит, бронзовый и железный век). Археологические изыскания в Кимрском районе начались в 70-х годах прошлого века. В первой половине века нынешнего исследования края активизировались благодаря строительству канала, связавшего реку Волга со столицей России (в то время СССР).

В 1960-80 годах ученые исследовали памятники каменного века — стоянки у деревень Соболево, Тихоново и Титове. Также проводились исследования раскопок Пекуновского и Плешковского курганных могильников, Ваулинского могильника и комплекса ранних средневековых памятников в деревне Выркино. В то же самое время в кимрском Поволжье изучались и памятники раннего железного века, древне-русского времени, времён средневековья. Раскопки прошли на городищах "Графская Гора" и "Дьяков Лоб". Всего было обследовано и взято на учёт более семидесяти памятников археологии, расположенных в Кимрском районе.

Хотя стоянок времён финального палеолита не найдено, памятники той эпохи, совпавшей с завершением периода оледенения (11-10 тысячелетий назад), обнаружены в Калязинском районе Тверской области и Угличском — Ярославской. Единичные костные останки принадлежат северному оленю, первобытному быку. Следы же человека представлены каменными орудиями: ножами, скребками и т.п., из чего следует, что основным занятием людей того времени была охота.

Около десяти тысяч лет назад наступило значительное потепление, хотя среди ученых есть мнение, что территория юго-востока современной Тверской области, куда входят Кимрский, Калязинский и Кашинский районы, была свободна ото льдов и ранее — 12 тысяч лет назад, став пригодной для обитания человека. Именно с этим рубежом большинство ученых связывают переход от палеолита к мезолиту. Археологические исследования стоянок местного мезолита, произведенные Л.В. Кольцовым, выявили две культуры: "бутовскую" и "иеневскую". Название своё они получили по месту обнаружения стоянок (д.Бутово — возле г.Старица и д.Иенево — неподалёку от г.Тверь).

При всей общности этих культур есть между ними и различия. Бутовцы — "местные", то есть потомки населения приледниковой полосы, тогда как иеневцы — народ пришлый. Но, похоже, особых трений по этому поводу у них не возникало, так как в ряде поселений просматривается их совместное мирное проживание.

Найти место, где в эпоху мезолита располагалось жилище, считается большой удачей. На одном из найденных в нашем районе поселений, расположенном вблизи деревни Соболево, в раскопе было обнаружено овальное пятно, отличающееся от культурного слоя более тёмным цветом. Пятно окружали камни, а по всей длине пересекали столбовые ямки. Внутри пятна были два очага. Один, маленький, при входе. Второй — большой, с мощным кострищем, — в том месте, где, скорее всего, располагался дальний конец жилища, форма которого напоминала шалаш или чум...

Люди, жившие в эпоху мезолита, не отличались оседлым образом жизни. Им приходилось приспосабливаться к тем условиям, которые предлагала окружающая природа. Пока были рыба и зверь — стоянка была стабильной, когда же охотничьи ресурсы иссякали — приходилось искать новое место. Иногда перемена места жительства была связана и с сезонными особенностями промысла, поэтому одни и те же стоянки могли посещаться неоднократно, из года в год.

В Кимрском районе стоянка "иеневского" типа была обнаружена у деревни Титово, а к памятникам "бутовской" культуры можно отнести стоянки у деревень Тихоново, Пекуново и Притыкино. Последние открыты в 1986 году Е.Ю. Крымовым.

"Неолитические" стоянки были обнаружены на территории, где сейчас расположен город Дубна, а также близ деревни Притыкино, у устья реки Дубна, неподалёку от деревни Прислон и возле поселка Белый Городок — т.е. вокруг Кимр.

Ранний железный век в наших местах представлен так называемой "дьяковской" культурой. В то время на смену незащищенным поселениям появляются укреплённые поселения-городища, строящиеся в естественно-укреплённых местах — на высоких волжских мысах. С противоположной стороны городища укреплялись валами и рвами. Подобные укрепления сохранились до сей поры в районе деревни Пекуново.

Характерными для эпохи мезолита считаются находки на местах проживания человека предметов охоты и быта: наконечники стрел, дротиков из кости и рога, а также иглы, шилья, рыболовные крючки, украшения... А около семи тысяч лет назад у населения "бутовской" культуры появилась керамика. С этого момента можно говорить о начале эпохи неолита и о сложении ранней культуры Верхневолжья.

Основными видами деятельности того времени были скотоводство и земледелие. Разводили лошадей, свиней, различный крупный и мелкий рогатый скот. А сеяли ячмень, пшеницу, просо, лён. Естественным дополнением этих занятий были рыболовство, охота и собирательство.

(Комментарий Фонда "Наследие": В эпоху неолита производящие формы хозяйства получили активное развитие только в некоторых регионах Старого Света - прежде всего, на Ближнем Востоке. В настоящее время нет оснований утверждать, что скотоводство и земледелие играли сколько-нибудь существенную роль в хозяйстве неолитических племен Верхней Волги.)

Среди материалов для изготовления инвентаря предпочтение отдавалось железу и кости. Железо шло на наконечники стрел, ножи, топоры. А из бронзы делали различные украшения. Бронзовый и ранний железный века "отметились" в Кимрском районе поселениями, названными именами тех мест, возле которых они были обнаружены и обследованы: Пекуновское, Иваньковское, Селище, Дьяков Лоб, Графская Гора.

Небольшое отступление

Несмотря на то. что наше повествование затрагивает времена седой древности, вы можете сами прикоснуться к тем местам. В любой момент, но лучше летом, можно побродить по Пекуновскому селищу, которое расположено на левом волжском берегу, в районе деревень Крева и Пекуново, на границе Кимрского района с Дубной. Только не надо устраивать дилетантских раскопок. Это дело и право археологов!

Древние племена

Исследователи считают, что племя меря, относящееся к угро-финской языковой группе, населявшее Верхневольжье в дославянские времена, — постепенно растворилось среди осевших, в том числе и в кимрском Поволжье, славян кривичей.

Совсем недавно, в восьмидесятых годах, в районе деревни Плешково, напротив устья реки Хотча, были исследованы два курганных кладбища. Это следы кривичей, которые поначалу имели обычай хоронить умерших в длинных курганах. С девятого века на смену курганам пришли небольшие округлые насыпи со следами сожжения.

В средневековых курганах-могильниках, а также погребениях 12-го века, наряду со славянскими предметами обихода найдены и фино-балтийские... Это доказывает, что народы вполне мирно сосуществовали в непосредственном соседстве.

Правда, утверждение некоторых исследователей, что люди, принадлежавшие к племени с названием меря, населяли нашу округу — до сих пор является спорным фактом. Давайте более подробно остановимся на ходе процесса расселения кривичей.

В девятом веке отмечается продвижение славянских племён вверх по течению рек Волга, Днепр, Западная Двина. Кривичи относятся к одному из наиболее крупных племен восточных славян. А если точнее — это было смешанное славяно-балтийское население. Вторая ветвь — Новгородские славяне, расселилась несколько западнее. Летописец Нестор повествует: "Кривичи сидят на верх Волги, и на верх Двины, и на верх Днепра".

Раскопки, проведённые около Кимр в 1936 году, доказывают тот факт, что в 10-11-м веках на берегу Волги существовало много поселений кривичей. Об этом говорят раскопки Кимрского селища, произведенные в шестидесятых годах и позднее, а также — селища Абрамово. Кривичи постепенно осваивали, если хотите — колонизировали, земли, занимаемые мерей. Но...

Следует отметить то, на что указывал историк Бестужев-Рюмин: "Ни летописи, ни предания не знают ни общего истребления финских племён на тех местах, ни общего переселения их оттуда. Перерождение это началось в эпоху доисторическую и совершалось медленно и постепенно. Медлительность эта говорит в пользу сравнительно мирных наших предков". Пример, достойный подражания: древние люди были гораздо более мудрыми, чем их "цивилизованные" потомки...

Ряд учёных считает, что часто встречающееся среди современных населённых пунктов название "Крева" говорит о том, что места эти были освоены кривичами. Активному заселению наших земель способствовал и такой фактор как наличие богатой речной сети. Реки (Волга и притоки) давали возможность круглогодичного передвижения, снабжали рыбой, обеспечивали заливными лугами. Всё это дополнялось богатыми охотничьими угодьями и, прежде всего, земледелием и животноводством.

Реки помогали не только развитию охотничьих и торговых промыслов, но и несли военно-оборонительные функции. В устьях рек Хотча, Кимрка, Дубна появляются городища, перекрывающие вход непрошеным гостям.

Поселения

Остатки многих поселений безвозвратно утеряны уже в наше время благодаря деятельности человека, особенно при распашке земель. Часть же населённых пунктов, не получив дальнейшего развития, исчезла с исторической карты района.

В 12-13 веках кимрские земли находятся на границе между Новгородскими и Владимиро-Суздальскими владениями. Это обстоятельство и расположение на главном волжском торговом пути приводит к тому, что Кимры часто попадали в зону феодальных войн, вследствие которых подвергались неоднократным разрушениям...

В 1134 году ниже по течению Волги, в устье реки Нерль суздальский князь Юрий Долгорукий заложил город Кснятин (Константиново) — ныне населённый пункт Скнятино.

Опустошение

В следующем веке, а именно в 1216 году, псковский князь Владимир Михайлович, воюя с суздальским князем Ярославом Всеволодовичем, сжёг все попавшиеся на его пути селения между устьем реки Дубна и Калязином...

В 1238 году по волжским городам прошлись татары: "Рассыпашися тата рове по всей земле той и по Волзе все грады поплениша".

Край опустел. Есть предположения, что разорению подверглось и Кимрское селище.

Загадка истории

Ряд историков, занимавшихся изучением древних летописей, упоминают в своих трудах устье реки Дубна, Белый Городок, Кснятин, Кашин... Но нет ни слова о Кимрах. Невольно возникает вопрос — почему во всех известных документальных источниках тех далёких времён Кимры забыты?

Объяснение, скорее всего, кроется в специфическом месторасположении Кимр относительно границ удельных княжеств тех времён (12-14 века). Важное значение приобретают так называемые "порубежные" (пограничные) центры. Кснятин, например, на северо-востоке, а Белый Городок и Вертязин — на юго-востоке Тверского княжества. По этому принципу и "рубили" города, "засталбливая" изменяющиеся границы владений. Кимры затерялись среди множества приволжских деревенек.

Присоединение Тверского княжества к Московскому и сопутствующий этому передел границ изменил значение населённых пунктов в связи с введением новых торговых путей, новых экономических связей. Возросло и значение реки Волга — как связующего транспортно-экономического начала. Всё вышеперечисленное способствовало тому, что Кимры "выплыли" на историческую арену.

Но это лишь версия...

Границы

Сохранившиеся грамоты и договоры, описывающие границы, проходившие между Тверским и Московским княжествами, к сожалению, не указывают чёткого разграничения земель между ними, и, порой, на одну и ту же местность претендовали оба княжества. В 13-15 веках границы Тверского княжества на участке Кимрского района предположительно проходили по левому берегу реки Дубна, затем, на отдалении — по правому волжскому берегу, а за Калязином поворачивали к Кашину.

Известно, что в 1375 году Дмитрий Донской, воюя с Тверским князем Михаилом Александровичем, разорил Белый Городок.

После татарского погрома территория около нынешних Кимр вошла в состав Великого княжества Тверского и, частично, Кашинского удельного княжества. А в 1485 году была присоединена к Московскому княжеству.

Из грамоты 1486 года видно, что устье реки Дубна принадлежало Тверскому княжеству, также как и Белый Городок. Упоминается об этом факте и в грамоте, датированной 1492 годом.

Несмотря на присоединение Твери к Москве, положившее конец княжеским междоусобицам, Кимрский район продолжает и в дальнейшем испытывать на себе различные военные беды. Так, в период польско-шведской интервенции 1604-12 годов часть Кимрской территории вновь пострадала. На правом берегу разграблению подвергся Белый Городок, на левом — село Абрамово. Жителей деревни перебили, над церковью надругались. Есть сведения о пребывании поляков и в Кимрах.

Как видно из приведённых выше фактов — условия проживания в нашей местности в 12-15 веках были весьма неблагоприятными и не способствовали дальнейшему развитию населённых пунктов. Может, потому и не сумел подняться на ноги Белый Городок? На месте кимрского селища образовалась пустошь...

Лишь образование централизованного государства и присоединение Тверских земель послужило толчком к экономическому развитию Кимр.

Небольшое отступление. Факторы роста

В 1546-м Кимры были уже селом, оставившим заметный след в истории.

В шестнадцати километрах от Кимр, в устье реки Дубна, начинался знаменитый "водный ход" с Волги на Москву. "Ход" пролегал по рекам Дубна, Сестра и Яхрома. В устье Дубны мелкие лодки и плоты, шедшие из Подмосковья, перегружали грузы на крупные баржи. Отсюда гружённые товаром суда двигались вверх, в сторону Твери, и вниз — через Кимры, к Нижнему Новгороду.

Дата основания

Отсчёт лет существования населённого пункта, если нет археологической датировки, идёт от его первого упоминания в письменных источниках. Отмечая годовщину города Кимры, мы берём за основу 1917 год, хотя хорошо известно, что Кимры гораздо раньше обладали всеми признаками, отличающими город от обычного села. Это не стоит и доказывать. В книге А.Столярова "Кимры и его обитатели", вышедшей в конце прошлого века (1899 г.), впервые высказана данная мысль: "Таких сел, как Кимры, немного насчитывается на Святой Руси. Села Лысково, Павлово, Покровка таковы же, как и Кимра, а далее, пожалуй, и считать нечего".

Торговые сёла 16-го века невелики — 10-30 дворов. По данным же 1635 года, село Кимры насчитывало 105 дворов... Так что ещё не известно, какая дата основания города имеет больше прав на существование.

Первый документ

Первым официальным документом с упоминанием села Кимры, от которого и ведётся исторический отсчёт, является Грамота царя Иоанна Грозного, датированная 1546-м годом. Значит именно этот год и может использоваться в юбилейных целях. Благодаря трудам А.Суханова, мы сегодня можем познакомиться с содержанием этого документа.

"Се аз Великий князь Иван Васильевич всеа Руси пожаловал есми Кириллова монастыря игумена Афанасия с братиею или кто поней в Кириллове монастыре иной игумен или строитель будет что их отец наш князь Великий Василий Иванович всеа Руси пожаловал и велел им купити в Каргополе десять тысяч пудов соли беспошлинно, да ту грамоту мы после отца своего мы на свое имя и подписали и нам бы их пожаловати и велети им другие 10 тысяч пудов соли купити в Каргополе беспошлинно, и се язь князь Великий игумена Афанасия с Братией пожаловать велел есми им в Каргополе другую десять тысяч пудов соли купити беспошлинно ж. Да та им соль в Москву вести и продавати по города на Бе-лозере, и на Угличе, и в Кашине, и в Твери, и в Димитрове и по волостям и на Холопье в Ярманке, и на Кимре и по селом, где им в тех городех лучится та соль продати. А наши и наместники каргопольские и их тиуны и мои Великого князя-, таможенники и дворники и на свозе порожчики и белозерские и углеческие и кашинские и тверские и дмитровские наместники и их тиуны и мои Великого князя таможенники и мытчики и дворники и волостели и их тиуны. И на Ярмарке приказчики и на Кимре таможенники и мытчики и соляные дворники и весовщики и перевозчики и мостовщикичей мост ни буде с той соли и с другие десять тысяч пуд соли из денег с пуда и с судна и с кормщиков и с гребцов и казаков, которые ходят на бечеве и лете с телег и с казаков, которые казаки ходят за телегами единова года тамги и мыта и весчего и порядного и гостинного и привозу и отвозу и побережного и анбарного и иных никоторых пошлин на них не имлют. А привезут ту соль к Москве или в те городы и волости и на Холопьей и на ярмарке на Кимре и по селом наместником и волостеле и их тиунам и промышленним людям и по мытом мытникам и оне с нее явки не дают ничего. Писана грамота на Москве лета 7054 февраля 15 дня.

Второе из известных упоминаний выглядит следующим образом.

"1549 июня 4. Грамота царская, в Дмитров, Грише Оникееву, о содействии Дмитровским и Кимрским таможенникам в сборе таможенных пошлин с торговых людей, по случаю уничтожения тарханов и в отношении к тем сборам.

От Царя и Великого Князя Ивана Васильевича всея Руси, в Дмитров, Грише Леонтьеву сыну Оникеева. Били ми челом Дмитровские и Кимреские откупные таможники Тараско Федоров сын Кобелев с товарыщи, а сказываю: что деи приезжают в Дмитров и на Кимру и в село Рогачево, из моих из Царевых и Великого Князя из подклетных сел и из деревень, да из Переславля из царицыны слободы из Мироноситцкие, и митрополичи, и владычни, и монастырские, Симонова монастыря, и Песношского, и Рождественского, и Нечистые Соборные церкви с Площади, и Перемерского монастыря изо Твери, да в селе деи на Кимре Кимряне и в Рогачеве в лавках торгуют монастырские крестьяне, тутошние жилцы, солью и рыбой и всяким товаром и на торгу хлебом и животиную, а емлет деи с них таможенные пошлины игумен Песношской с братьею; да в Дмитров же деи, и на Кимру, и в Рогачево, приезжают торговати сведенцы Смоляне, паны Московские, Тища Смывалов да Федко Кадигорбов с товарищами, а наши деи Дмитровским и Кимерским таможникам не являются и пошлин таможных и явки не дают, а сказывают деи у себя мои Царевы и Великого Князя грамоты жалованные тарханные, что им наших таможных пошлин таможеником никоторых не платили. И язь Царь и Великий Князь ныне те все грамоты жаловалные тарханные в одных в своих в таможных пошлинах в померных порудил, опричь Троецких Сергиева монастыря, и Соловецкого монастыря, и Нового девичьего монастыря и Воробьевой слободы. И как к тебе ся наша грамота придет, и ты б с тех грамотчиков, с моих Царевых и Великого Князя селчан и с деревенщиков, и с Царицыных Великие Княгини слобожан с Мироноситцких, и с княжих, и с боярских, и с монастырских, и с Кимерских крестьян с лавок, и с Смолян, и с барышей, и с Огородников, и с денег, и с хлеба, и с соли, и со всякого товару, и с судов пластовое, что приезжают в Дмитров и на Кимру в лодьях с солью торговати монастырские и торговые люди разных городов со всякими товарами и солью. Дмитровским и Кимерским таможникам таможную пошлину, по их уставной грамоте имате; а которые люди тех таможных пошлин таможников не учнут платити, ты бы их на тех людах те таможные пошлины велел доправливати по их таможной по уставной грамоте по Дмитровской и по Кимерьской, да отдавая бы еси Дмитровским и Кимерьским таможникам все сполна, а на кото рых перед тобой людей Дмитровские и Кимерские таможники притаможъе доведут, и ты бы на них притаможье велел доправливати по два рубля, рубль на меня Царя и Великого Князя, а рубль таможником Тарасу Кобелеву с товарищами; а что тех протаможных денег не сберешь на меня Царя и Великого Князя, и ты бы те деньги собрав да прислал к нам на Москву к нашему казначею, к Федору к Ивановичу Сукину да к диаку к нашему Никите Фуникову суну Курцеву, на тот же срок, как Дмитровские и Кимреские таможники с откупными деньгами к Москве поедут. Писан в Москве, лета 7057 июня в 4 день".

Какие выводы мы можем сделать из текста приведенных грамот? В 1546 году село Кимры было большим торговым центром, имеющим деловые связи с рядом городов, в том числе Дмитров, Каргополь и другие. Существовала в Кимрах и таможенная система, приносящая ощутимые, стойкие доходы — иначе дело это в откуп никто не стал бы брать — не выгодно. Можно легко допустить, что часть сборов оседала на месте в интересах развития села. Можно предположить, что сборы были достаточно большие — известно, что только на одной ярмарке в Холопьевом Городке, ниже Кимр по Волге, Иван Грозный получал в виде сборов до 150 пудов серебром.

Таможня

Существование таможенной системы, в том числе в Кимрах, не было чем-то необычным. Она была и в княжествах Тверском и Московском, и во всех европейских государствах того времени. Таможня — государственное учреждение, осуществляющее контроль за провозом груза через границу, собирая при этом пошлину. Располагались таможенные пункты обычно в крупных населенных пунктах или в местах пересечения торговых путей.

Таможенный откуп, который взял у Ивана IV дмитровец, — это передача процесса сбора пошлин в частные руки. Но для развития Кимр более важным было существование так называемого налога на товары, пропускаемые на данную территорию. При Иване IV государство было поделено на небольшие торговые области, простиравшиеся на десять-двадцать верст от какого-либо центра, где располагалась таможня.

Торговля

Для торговли предназначались централизованные пункты, это облегчало процесс сбора пошлин. Но кроме пошлин существовала ещё и система внутренних поборов. Ведь, прежде чем достигнуть рынка, товар должен был пройти целый ряд местных фискальных преград. К ним относятся сборы за въезд, хранение, погрузку, разгрузку, оформление документов...

В 16-17 веках на местных рынках существовали таможенные книги, куда заносилась цена и состав товара. Кроме этого, учитывались и местные производители. Ведение подобных книг было отменено в 1758 году.

В грамотах того времени уделялось определенное внимание и торговым отношениям между Тверью и Москвой. Отмечалось большое количество пошлин и сборов. Существовали и договоры между князьями о введении новых пошлин или о торговле на смежной территории без дополнительной пошлины.

Царская грамота дает нам представление о географии торговых отношений села Кимры того времени. Перечисляются названия монастырей, которые вели торговлю в нашей местности. Сейчас, конечно, трудно установить — где какой монастырь находился в 16 веке, тем более что названия могли и повторяться. Однако, сопоставив время и относительную близость села Кимры, можно с достаточной уверенностью считать, что Песношский монастырь — это Николо-Песношский монастырь под Дмитровом, Симонов — в районе Москвы, а Вознесенский — это Оршин-Вознесенский, расположенный в месте впадения реки Ор-ша в Волгу, возле Городни, неподалёку от Твери.

Указывается, что приезжали из Переяславля, из Царицыной и Мироно-сицкой слобод. Приезжали хлебом торговать и смоляне, ведь земли Смоленского и Тверского княжеств граничат.

Не следует, конечно, преувеличивать роль Кимр в развитии торговли Верхневолжья времен 16 века. В то время уже существовали крупные торговые центры, осуществлявшие торговлю даже на межгосударственном уровне. К подобным центрам можно отнести Тверь, а также крупнейшую ярмарку Холопий Городок под Череповцом, на месте слияния рек Волга и Молога. На ярмарке собирались купцы польские, литовские, греческие, и велась там оптовая торговля.

Из грамот следует, что в Кимрах торговым делом занимались не только приезжие купцы, но и "тамошние" жители. Участие "тамошних" можно истолковать как посредническое, непосредственно доводящее товар до покупателя. Подтверждает эту версию и состав товаров, реализуемых в Кимрах. Снова обратившись к царской грамоте, мы читаем: "...торг велся солью, рыбой, скотом и другими товарами". Ясно, что это не все товары местных производителей. Соль, например. В те далекие времена соль добывалась в монастырях на Урале, в Старой Руссе, Каргополе. Торговали ею Соловецкий и Иверский монастыри. Соль была весьма выгодным предметом торговли. Она облагалась отдельной пошлиной, а в 1646 году вообще была введена соляная монополия.

Известно также, что и рыбой в Кимрах торговали в таких объемах, которые само село просто не могло обеспечить...

Торговые пути

Какими путями шел товар? Летом, безусловно, водой. По рекам Волге, Дубне, Сестре, Яхроме — на Москву. А из Москвы, Подмосковья — к устью реки Шексны (ныне это район Рыбинского водохранилища). Кстати, на водный путь от Вологды до Астрахани в среднем уходил месяц. Дорог практически не существовало, а края наши низменные, болотистые...

Зимой для торговли с другими княжествами и государствами составлялись обозы из 700-800 саней, при которых для охраны от грабителей шли специальные воинские отряды.

Рост значения Москвы как государственного центра играл благотворную роль для роста и села Кимры как торгово-перевалочного пункта. Водный волжский путь связывал практически все области России, а расстояние от Волги до Москвы через Кимры было наиболее коротким. Развитию торговли способствовало и то, что земли вокруг Кимр мало пригодны для земледелия.

Землевладение

На протяжении 15-16 столетий на берегах Волги появились крупные земельные владения монастырей, бояр, помещиков. А со второй половины 16 века часть земель стала принадлежать и царской семье, составляя так называемые дворцовые села (или волости). Дворцовые земли были земельным фондом дворцового ведомства русских царей. А над ведомством стоял Дворцовый приказ, который вплоть до 1726 года ведал всей хозяйственной жизнью царского двора. Дворцовое село предназначалось не только для снабжения царского двора продовольственными припасами. Отсюда шли полотно, гончарные изделия, а из Кимр еще и рыба.

Как пишет И.А.Суханов: "... 38 жителей села в 1685 году поставляли рыбу князю Львову, которому был пожалован участок Волги между устьями рек Созь и Кашинка длиной 120 верст".

Не с дворцовых ли волостей и шло на царские столы то великолепие, которое поражало приезжих иностранцев? Совершенно очевидно, что владельцы села были заинтересованы в расширении ассортимента и объемов поставок царскому двору, а это подстегивало организацию хозяйственно-экономической жизни поселения. То, что Кимры были "поставщиком двора", давало право старосте или владельцу села быть вхожим в дворцовые приказы со своими предложениями, нуждами, просьбами. Много ли сел на Руси имели такую возможность? Использование этого права всецело зависело от предприимчивости и инициативы самих кимряков, и, как показывает история, они не терялись...

Дворцовые земли были в то же время и видом вознаграждения служивых людей. Наибольшее распространение процесс земельной раздачи приобрел при Петре Великом и Екатерине II.

В одну из таких дворцовых волостей в 16-17 веках входили и земли вокруг Кимр.

Владельцы села Кимры

Привычка московских царей рассчитываться за государеву службу дворцовыми землями пошла с Ивана IV. На протяжении трёх веков Кимрская дворцовая волость применялась в виде этой формы оплаты.

Историю села Кимры и его бывших владельцев невозможно сегодня представить без трудов местного историка и краеведа И.А.Суханова. Со скрупулёзной точностью он знакомился с историческими документами, находящимися в центральных архивах страны. Результатом этого труда стало написание книги "Бывшие владельцы села Кимры в 16-19 веке". Воспользуемся и мы этим трудом, хотя бы конспективно.

Почему сегодня так важно знать, кто и когда владел Кимрами? Да потому что каждый из владельцев внес хоть малую, но лепту в развитие села. Конечно, нельзя отрицать, что процессу становления Кимр как крупного торгового центра способствовали и другие причины. К важнейшим из них можно отнести то, что с первых дней присоединения Тверского княжества к Московскому — Кимры периодически становились то частным владением, то дворцовым селом. Кроме этого, бедные земли не давали высоких доходов, а потому крестьяне вынуждены были искать заработки на стороне, заниматься кустарными промыслами. Помогала развитию села та приближенность ко двору, о которой уже упоминалось выше. Наконец, необходимо учесть, что владельцы по большей части входили в число ближайших царских родственников или высоких сановников, и нельзя полагать, что все думали лишь о том, как выжать из Кимр наибольшую прибыль, не внося при этом ничего весомого в их развитие. Это положительное влияние лучше всего рассматривать в контексте истории жизни владельцев села.

Владельцы. Биографические подробности.

Князь Старицкий


За особые военные заслуги при Иване IV село Кимры было пожаловано во владение воеводе, боярину, удельному князю Владимиру Андреевичу Стариц-кому, дружина которого наряду с другими полками нанесла главный удар при взятии Казани.

Стоит обратить ваше внимание на то, что Кимрами одаривали "за государеву службу", как правило, царских родственников. Так, например, князь Старицкий доводился двоюродным братом Ивану Грозному. Кстати, отец князя владел княжеством и городом Старица, оттуда и пошла их фамилия. В 1553 году Иван IV серьезно заболел и, ожидая кончины, отказал престол сыну-младенцу. Часть бояр, в том числе и Старицкий, который имел свои виды на престол, присягать младенцу отказались... Правда, позже князь присягнул, но... Выздоровевший Иоанн не был бы Грозным, если бы прощал подобные поступки.

С дороги князя вызвали к государю в Александровскую слободу, а на пути его уже поджидали Малюта Скуратов и Василий Грязнов, с ложным обвинением в покушении на царя. Сам князь и вся его семья силой были вынуждены принять яд... Таким образом претендент на престол был устранен.

Из документов в центральном архиве сохранилась подлинная жалованая грамота от 10 марта 1555 года, где упоминались Кимры. После смерти князя село вновь приобретает статус дворцового.

Князь Мстиславский

В июле 1591 года владельцем Кимр становится князь Федор Иванович Мстиславский, опять же — за государеву службу. Сын Ивана Грозного Федор пожаловал Мстиславскому "шубу с царского плеча" и пригород Кашин с уездом, к которому относились и Кимры. Столь значительные подарки князь получил за то, что сумел отличиться в разгроме подошедшего к Москве крымского хана Казы Гирея.

Кто такой князь Мстиславский? Он был потомком Великого князя литовского Гедемина. После смерти царя Федора Иоанновича боярин Мстиславский назывался в числе претендентов на трон. Умер князь в 1622 году бездетным... И опять Кимры вернулись в дворцовое хозяйство.

Князь Львов

В 1635 году Кимры были пожалованы боярину князю Алексею Михайловичу Львову "за посольскую службу". Князь был видным государственным деятелем времён царствования Михаила Фёдоровича.

Когда в 1647 году князь Львов ушел от мирской суеты и постригся в монахи. Кимрской вотчиной управляли его родственники, состоявшие в придворной службе. После смерти бездетного князя в 1656 году Кимры конфисковываются в казну и в 1666 году уже упоминаются в числе дворцовых сёл.

Боярин Салтыков

После смерти царя Федора Алексеевича, в 1682 году, на престол были посажены два его меньших брата: Иван V и десятилетний Петр I. Правила же в период их малолетства царевна Софья Алексеевна. Она женила Ивана на красавице Прасковье Салтыковой. Отец её — Александр Петрович Салтыков принадлежал к древнему роду, известному с 13-го века. В связи с женитьбой дочери ему пожаловали в вотчинное (потомственное) владение торговое село Кимры и "таможню со всеми строениями и таможенным сбором", а также еще 71 деревню. Грамота датирована 1688 годом.

Графиня Головкина

После смерти боярина Салтыкова селом владели его родственники, и, в конце концов, оно перешло к внучке боярина Екатерине Ивановне, по мужу Головкиной. Екатерина Ивановна была дамой образованной, знала два языка, блистала на ассамблеях, слыла любимицей Петра...

В 1722 году ее выдали замуж за графа Михаила Гавриловича Головкина, сына государственного канцлера России, состоявшего в отдаленном родстве с Петром Первым. Достоверные источники гласят: Михаил Гаврилович Головкин (1699-1755 гг.) — граф, русский дипломат, государственный деятель — был послан за границу учиться, а затем в 1722 году занял пост русского посла в Берлине. После воцарения Анны Иоанновны его назначают сенатором и ставят во главе монетной канцелярии и денежного двора. Граф пользовался исключительным доверием и влиянием Анны Леопольдовны, которая назначила его на вновь созданную должность вице-канцлера внутренних дел. После дворцового переворота в 1741 году Головкина приговорили к смертной казни, но заменили её ссылкой в Якутию, где он и умер впоследствии. Село Кимры конфисковали.

Графиня Екатерина Ивановна молила императрицу о пересмотре дела, но та обещала сохранить за ней все привилегии статской дамы и имения в случае отказа от мужа. Ответ графини был следующим: "На что мне почести и богатства, когда не могу разделить их с другом моим. Любила мужа в счастьи, люблю и в несчастьи, и одной милости прошу, чтобы с ним была неразлучна". Екатерина Ивановна поехала в ссылку, а после смерти мужа в 1755 году вернулась в Москву. Благородный поступок её, предвосхитивший поведение жён декабристов, вызвал уважение в обществе, в том числе и Екатерины II. Умерла графиня в 1791 году, не оставив после себя потомства.

Скавронские

Кимры дарованы Анне Карловне Воронцовой, урожденной Скавронской, приходившейся родной племянницей императрице Екатерины, супруге Петра Первого. В 1742 году Анна Карловна обвенчалась с графом Воронцовым, который сыграл в судьбе Кимр особую роль, но к этому мы вернемся позже. После смерти Воронцовой-Скавронской имение перешло к её брату, затем — племяннику, далее — супруге племянника Екатерине Васильевне Скавронской, по второму мужу — графине Литта. Екатерина Васильевна была фрейлиной двора Екатерины II, а особое внимание ей уделял фаворит Екатерины — граф Потемкин. После смерти мужа в 1793 году Екатерина Васильевна вышла замуж за Юрия Помпеевича Литта — рыцаря Мальтийского ордена. Но он, как и граф Воронцов, заслуживает отдельного разговора.

Графиня Самойлова

Старшую дочь Екатерины Васильевны от графа Воронцова — Екатерину в 1800 году выдали за князя Петра Ивановича Багратиона, героя суворовских походов и 1812 года. Семейная жизнь их не сложилась, и она фактически все время пребывала за границей, где и умерла в 1857 году. Младшая сестра её имела одну дочь, ставшую впоследствии знаменитой благодаря своим похождениям — графиню Юлию Павловну Самойлову. В 1827 году Самойлова, будучи женой флигель-адъютанта, встретила знаменитого художника Карла Павловича Брюллова, сыграв в его жизни и творчестве громадную роль...

В 1832 году Самойлова едет в Италию, где Брюллов увековечил её образ в картине "Последний день Помпеи". Найти её можно в левом углу полотна, в образе матери с двумя детьми. Есть и другие картины с изображением Самойловой.

В 1846 году графиня вторично выходит замуж, выбрав в спутники жизни безвестного итальянского певца. Это лишило её графского титула, русского подданства и прав на недвижимое имущество. Старость она провела под Парижем, где и умерла в нищете в 1875 году.

После беглого ознакомления с биографией владельцев седа Кимры, мы вернемся к двум из них, сыгравшим определенную роль в жизни села.

Граф Воронцов

Юридически графа Михаила Илларионовича Воронцова считать владельцем Кимр нельзя. Владела селом его жена, но...

Исторические источники гласят, что Воронцов был русским дипломатическим деятелем, канцлером, участником дворцового переворота 1741 года, возведшего на престол Елизавету Петровну. С 1744 года — вице-канцлер. В 1748 году скомпрометирован близостью с прусским послом. Но, несмотря на все "дворцовые передряги", оставался канцлером и при Петре III, и при Екатерине II. Интересовался успехами науки, покровительствовал Ломоносову...

Что можно добавить к этим сухим строчкам? Испытывая определённые финансовые трудности, граф предпринял ряд мер для повышения доходности имения. Меры эти распространялись на развитие сапожного промысла и оживление торговли. Один из исторических источников 1865 года писал: "Граф Воронцов был замечательным для Кимр тем, что положил основание торговли кимрской и заставил кимряков быть торговыми людьми. Он устроил на свой счет на самом видном и удобном месте каменный корпус лавок, давал крестьянам свои деньги на торговлю в Кимрах".

Конечно, и до появления графа в Кимрах было "купечество немалое и торг каждодневный". Уже в начале 17-го века, при боярине Салтыкове, Кимры приобрели всероссийскую известность как крупный центр обувной промышленности. Наши сапожники выполняли заказы для создаваемой Петром I регулярной двухсоттысячной армии. Заказы выполнялись с использованием частных подрядов. Так, например, в 1708-09 годах оброчный крестьянин села Кимры Григорий Пустынин поставил на армию 10 тысяч сапог, а Борис Лукьянов — несколько тысяч... По преданию, царь Петр посылал в Кимры немецких сапожников для обучения наших жителей секретам новой технологии шитья.

С прекращением армейских заказов, которые приносили сапожникам высокий и стабильный заработок, кимрякам вновь пришлось возвращаться к работе на рынок, что сильно подняло роль ярмарок. Граф Воронцов отслеживал все эти процессы и принимал меры, способствующие улучшению качества, что влияло на повышение доходов его имения. Он также пытается найти учителей среди иноземцев, правда, в отличие от царя — в Лондоне, но надо признать, что вклад иностранных учителей в развитие кимрского сапожного промысла был вовсе не так велик. Швед Стралленберг, побывавший в Кимрах в 1710 году, писал: "Здесь, в этой местности, находятся самые лучшие портные, сапожники и другие ремесленники, известные по всей России и считающиеся самыми лучшими".

Дошло до того, что кимрский рынок был уже не в состоянии "переварить" всю выпускаемую на селе обувь, а купцы не располагали такими капиталами, чтобы скупать товар для дальнейшей перепродажи в других городах ... Но Воронцов вовремя и правильно оценил ситуацию, начав предоставлять кимрякам свои поручительства и неограниченные кредиты под небольшой процент — всем желающим завести или расширить свое дело. Кредиты Воронцова подняли на ноги предпринимателей: Башилова, Мошкина, Малюгина, Рыбкина, Собцова и других. Сапожный промысел захватывает все большее число окрестных деревень и превращает Кимры в столицу обширного "царства обуви".

Граф Воронцов как крупный государственный чиновник понимал, что внешний вид Кимр имеет большое значение. Во-первых, это село напрямую связывали с его именем, во-вторых, крупное торговое село должно внушать уважение приезжим купцам. А потому в 1767 году граф строит на самом высоком месте, за Троицкой церковью, Гостиный двор с тридцатью каменными лавками. Весь ансамбль выходил на торговую площадь, на которой теснилось ещё порядка семи десятков деревянных лавок. Кроме этого, были построены новая хорошая дорога и каменная стена вокруг села... (Достраивать Гостиный двор с лавками пришлось графине Скавронской.)

Граф Литта

Юлий Помпеевич Литта (1763-1839 гг.). Потомок древнего аристократического рода, уроженец Милана, рыцарь Мальтийского Ордена. В 1789 году поступил на русскую службу и при Павле I сделал блестящую карьеру. В Санкт-Петербурге Юлий Помпеевич встретил вдовствующую владелицу села Кимры Екатерину Васильевну Энгелгард-Скавронскую и в 1798 венчался с ней. Принял русское подданство.

В 1801 году Александр I назначает графа смотрителем императорских дворцов и садов Павловска, Петергофа, Царского села, Гатчины и Ораниенбурга. Кроме этого, Литта состоял членом комиссии по строительству Исаакиевского собора.

После дворцового переворота впал в немилость и был сослан в имение жены — Кимры. Очень богатый человек, привыкший окружать себя роскошью и жить в собственное удовольствие, а кроме того — страстный театрал и охотник, граф Литта решил обустроить свою кимрскую жизнь согласно привычкам...

Началось строительство усадьбы, достойной знатного вельможи. К этому располагало и веяние того времени. К концу 18-го века Москву окружили прекрасные дворцово-парковые ансамбли: Останкино, Архангельское и другие. Усадьбу графа можно было отнести к лучшим из подмосковных усадеб.

Если Салтыков поставил хоромы рядом с церковью, Гостиным двором и торговой площадью, что составило главные приметы села, то Литта вынес свою усадьбу за околицу Кимр, в район деревни Сельцо. По словам купца Малюгина, описавшего в 1875 году остатки усадьбы, это был каменный трёхэтажный дворец, занимавший высокий холм древнего городища на берегу Волги. В парадном дворе располагался цветник, за ним брала свое начало рукотворная роща. В парке был устроен лебединый пруд, а далее, в сторону села, располагались террасные, самоизливающиеся пруды, с выложенными белым старицким мрамором берегами... Пруды были обсажены деревьями, воду к ним подвели каналами из шевелевского болота. За террасными прудами, в одной из березовых рощ, граф устроил зверинец. Животные в нём жили "на свободе", отделенные от внешнего мира высоким забором и глубоким рвом...

От усадьбы ветвями отходили две дороги, окопанные канавами и обсаженные липами. Различные садовые павильоны и декоративные устройства дополняли дворцово-парковый ансамбль, гармонично вписавшийся в окружающую природу. Преданья говорят, что Литта хотел создать в Кимрах нечто похожее на бывшую резиденцию французских королей — Версаль.

Через четыре года граф Литта получил высочайшее разрешение на возвращение в Петербург. Неоконченное строительство постепенно пришло в запустение, и в 1816 году граф разрешил разобрать дворец, а кирпич пустили на строительство пятиглавого Покровского собора. Место, где располагался дворец, зовётся сейчас "Графская гора", а от террасных прудов осталась лишь небольшая грязная лужа.

Но времена Литта отличались не только развитием дворцового строительства в Кимрах. В эти годы появилось множество различных перекупщиков и посредников. Система армейских заказов давала возможность этой прослойке общества наживать солидные капиталы, а сами исполнители имели лишь небольшую прибавку к жалованью... Работа на казенном подряде была настоящей "золотой жилой" для предприимчивых людей. Граф, выдавая кредиты и используя личные связи, проложил торговые пути из Кимр за границу. Кроме этого, графские именные доверенности ограждали крестьян от непомерных пошлин и вымогательства чиновников. Благодаря протекции владельца села, кимрские сапожники имели большие государственные заказы на производство обуви, особенно армейской. Это помогало не только жителям села, но в результате приносило и самому графу колоссальные доходы, позволяя заниматься благотворительностью — на его содержании в богадельнях находилось порядка полутысячи стариков и инвалидов.

Окрестные дворяне

Мы проследили судьбы владельцев села Кимры. Многие из них имеют общероссийскую известность. Кто благодаря трудам своим на благо родины, кто благодаря чинам и должностям, занимаемым при царском дворе.

Но нельзя не отметить, что дворянство всегда отличалось не только своим происхождением, но и благородным воспитанием, высокими нравственными принципами. Мы говорим о лучшей части дворянства, которая, поглотив боярство, превратилось в цвет российской аристократии. В этом контексте стоит упомянуть о роде Арсеньевых. Начало рода положил крещёный татарин Ослан-Мурза. В 1389 году при крещении он получил имя Прокопий, а за службу был удостоен боярского звания. Его сын Арсений и стал основателем рода. В 1627 году один из потомков Арсения поселился поблизости от наших мест — в Корчеве. Род Арсеньевых интересен еще и тем, что в четырнадцатом колене он дал миру поэта М.Ю. Лермонтова. Мать его была урождённой Арсеньевой. На одной из Арсеньевых был женат светлейший князь Меншиков. В родстве была эта семья и с И.С. Тургеневым, и с А.И. Герценом.

Один из Арсеньевых — Павел, выйдя в отставку с поста сенатора, селится в Бронницах и посвящает себя общественной деятельности. Прежде всего, это заключалось в том, что он принимал самое непосредственное участие в организации кредитного союза и кооперативного товарищества среди крестьян. Одного из его сыновей — Владимира Павловича, врача-хирурга, — до сих пор помнят в Кимрском районе. Потомок семьи Арсеньевых - врач Павел Александрович Арсеньев проживает в настоящее время в городе Кимры.

С Кимрским краем связана история еще одного дворянского рода — Перхуровых. Их усадьба располагалась возле деревни Медведково. Род Перхуровых берет свое начало в 15-м веке. Известный в роду Василий Федорович был стольником и стрелецким полковником. В 1678 году он был послан в Запорожье — защищать Киев. За службу пожалован поместьем. Это и привело Перхуровых на кимрскую землю. Уже в нашем веке один из Перхуровых прославился тем, что активно выступал против большевицкого переворота. Был правой рукой Б.В.Савенкова, возглавлявшего "Союз защиты Родины и свободы". При непосредственном участии Союза был проведен ряд мятежей в Ярославле, Рыбинске, Мурманске...

02.03.2008

Главная
Символика и геральдика
Картография
О фонде
Археологический атлас
История
* Историческая география
* Историческая топонимика
* Дубненский край в IX-XI вв.
* Древнерусская Дубна (XII-XIII вв.)
* Постмонгольская Дубна и Дубенское мыто (XIV-XVI вв.)
* Позднее средневековье (XVI-XVII вв.)
* Северное Подмосковье в XVIII столетии
* Северное Подмосковье в XIX- начале XX вв.
* Лица и судьбы
* Окрестности
* Тверские колокола
* Ратмино
Новое время и современность
Федор Колоколов
Экспедиция
Издательская деятельность
Выставочная деятельность
Проект «Усадьба»
Ратминский камень
Проект «Сталкер»
Лаборатория гражданского общества
Помощь донецкому музею
Межрегиональный центр
Другая Дубна
Фотогалерея
Календарь
Кинохроника
О нас пишут
История и публицистика
Обратная связь

 


Партнеры и спонсоры



Historic.Ru: Всемирная история
Historic.Ru: Всемирная история




ИСТОРИЯ СПОРТА ДУБНЫ

© Дубненский общественный фонд историко-краеведческих инициатив "Наследие", 2004 г.
Дизайн и хостинг — «Компания Контакт», г. Дубна.


Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100