Тверские колокола



Краеведческие очерки Владимира Коркунова


Колокола являются частью нашего культурного наследия. Возникновение колоколов уходит в глубокую древность. В Египте их использовали при священнодействиях во время праздников в честь богов Исиды и Осириса, у афинян при храмах Прозерпины колоколами призывали народ к богослужению. При раскопках дворца ассирийских владык в Ниневии был обнаружен колокольчик времен правления царя Салманасара III (IX век до н.э.) с изображением злых духов. В Китае и Японии колокола также известны с глубокой древности.
После возникновения мировых религий применение колоколов становится неотъемлемой частью церковного ритуала. Впервые колокола при церквах в Западной Европе появились в конце VI века. В VII веке Папа Сабиниан официально ввел колокольный звон в обряд богослужения.
В средние века колокола использовали не только церковь, но и светские власти.
Первые отлитые колокола появились в области Кампания (Италия), отчего получили название «Кампан»; оно как устно, так и письменно употреблялось вплоть до 20 века в ряде стран, включая и Россию
Византия заимствовала колокола из Западной Европы во второй половине IX века.
Венецианский дож Орсо I послал византийскому императору Василию Македонянину 12 колоколов для церкви святой Софии.
В России о колоколах впервые сказано в летописи 988 года. В начале XI века колокола появились в храмах св. Софии в Новгороде, Десятинной и Ирининской церквах в Киеве. В 1824 г. в развалинах Десятинной церкви в Киеве были найдены два древних колокола. Один из них хорошо сохранился. Высота его равнялась 12 вершкам, вес 20 пудам 10 фунтам. Считается, что это самый древний на Руси колокол.
В Россию (Русь) колокола пришли из Западной Европы. Существует мнение, что самые первые колокола у нас в стране были клепаные или их роль выполняли металлические била и доски.
В середине XIII века в Киеве были отлиты первые отечественные колокола. Первоначально их отливали вблизи той церкви, для которой они и предназначались, «странствующие» (т.е. приглашенные) мастера. Такая практика продолжалась даже после возникновения колокололитейных заводов вплоть до середины XIV века.
Обычно колокола отливались из сплава, состоящего из 78% меди и 22% олова. Встречались (очень редко) колокола, изготовленные из чугуна, стекла, глины, дерева и серебра. В Китае известен чугунный колокол, отлитый в начале XV века; в Упсале (Швеция) был изготовлен колокол из стекла; в Германии (Брауншвейг) из дерева.
Самый большой и тяжелый в мире колокол был отлит в России. Это легендарный Царь - колокол, находящийся как исторический памятник на территории Московского Кремля. Он был отлит в 1733 г. мастерами И.Ф. и М.И. Моториными. Вес колокола составляет 12327 пудов (201 тонн 924 кг).
Из других колоколов – рекордсменов назовем колокола московского Успенского собора и Троице - Сергиевой лавры весом более 4 тыс. пудов каждый; колокол весом более 4 тыс. пудов в г. Киото (Япония); колокол весом 3400 пудов в г. Пекине (Китай).
Колокольный звон мог поведать о многом. Набатный предупреждал жителей о приближении врага, о пожаре и других тревожных, а также особо значимых событиях. Вечевые колокола Великого Новгорода и некоторых других городов древней Руси созывали горожан на площадь для решения безотлагательных вопросов. Маячные колокола предупреждали об опасности судоводителей; часовые колокола использовались в часовых механизмах для озвучивания времени.
Среди российских колоколов можно встретить немало таких, судьба которых интересна, познавательна и необычна. Познакомимся с некоторыми из них.

Угличский ссыльный (опальный) колокол


15 мая 1591 г. в г. Угличе раздался тревожный набатный звон колокола, извещавший о гибели царевича Дмитрия, малолетнего сына царя Ивана Грозного. Сбежавшиеся отовсюду жители города растерзали предполагаемых убийц наследника престола. Царь Борис Годунов жестоко расправился с участниками самосуда. Подвергся наказанию и колокол, оповестивший своим звоном горожан о гибели царевича. Колокол сбросили с колокольни, у него вырвали язык, обрубили ухо, наказали 12 ударами плетей и отправили в сибирскую ссылку в г.Тобольск. 29 мая 1677 г. во время пожара колокол расплавился.
В 18 веке, в память о прежнем колоколе, был отлит другой – такого же веса, но несколько отличавшийся от оригинала своей формой. Митрополит Сибирский и Тобольский Павел Конюскевич приказал вырезать на колоколе надпись: «Сей колокол, в который били в набат при убиении благоверного царевича Димитрия в 1593 году, прислан из города Углича в Сибирь в ссылку в град Тобольск к церкви Всемилостивейшего Спаса, что на Торгу, а потом на Софийской колокольне был часобитной, весу в нем 19 пуд. 20 ф.».
Жители г. Углича не забыли о своем колоколе. Они неоднократно обращались к властям с просьбой вернуть им его. Наконец, 20 мая 1892 года, спустя 300 лет, долгожданный колокол был возвращен в Углич. Встречать его на пристани собрались тысячи горожан.
Горячую радость угличан по случаю возвращения колокола не могли остудить даже не совсем приятные для них публикации. В книге «Волга и волгари» в частности сообщалось: «И вдруг оказалось, что эта прекрасная эпопея была проделана ради призрака, или, проще говоря, вышло много шуму из ничего. Колокол оказался не настоящим ссыльным, а совсем другой, имеющий с ним общего только один вес – 19 пудов…»
В журнале «Исторический вестник» за 1892 год, в №11, в статье «Торжество по недоразумению» С.А. Андрианов пишет: «Как ни жаль, а приходится разрушать иллюзию угличан. Они сделались жертвами крайне печального недоразумения».
Ныне колокол находится в краеведческом музее города.

Царский колокол из серебра


17 октября 1888 г. императорский поезд следовал из Крыма в столицу. Близ станции Борок Харьковской губернии состав сошел с рельсов. Вагоны разбросало вдоль железнодорожного полотна. Имелись убитые и раненые. К счастью, ни сам император Александр III, ни члены его семьи не пострадали (не считая нервного стресса), хотя вагон, в котором они путешествовали, был полуразрушен. Спасение царской семьи от, казалось бы, неминуемой гибели в народе было воспринято как чудо. Это событие, всколыхнувшее всю страну, выразилось в массовом проявлении верноподданнейших чувств к монарху. В память о чудесном спасении царской семьи появлялись новые храмы, часовни, образа и даже колокола.
Не миновала эта волна и Тверскую губернию. Так, недалеко от Кимр, в сельце Маклакове Калязинского уезда (ныне Талдомский район Московской области), в память о случившемся с царской семьей на средства местного купца И.Д. Бачурина был построен Александровский женский монастырь (ныне действующий). В с.Кузнецове Корчевского уезда (ныне г.Конаково Тверской области) в 1891 г. появился Александровский храм (ныне не существует). В окрестностях Кимр, в с.Филиппове был построен Сергиевский храм. На средства прихожан с. Горицы Корчевского уезда (ныне Кимрский район) для местного храма был отлит колокол весом в 300 пудов. Этот список можно продолжать и продолжать.
Духовенство и прихожане Харьковской епархии отметили память о чудесном спасении царской семьи отливкой колокола из чистого серебра. Денежные средства на колокол были собраны духовенством и населением. Колокол весом 17 пудов 35 фунтов был отлит в Харькове на колокололитейном заводе П.П. Рыжова. 14 октября 1890 г. он был поднят на колокольню Успенского собора г. Харькова. На колоколе была отлита надпись: «Сей серебряный колокол сооружен в 1889 году усердием духовенства Харьковской епархии в память чудесного спасения 17 октября 1888 года от смертельной опасности, при крушении близ города Харькова железнодорожного поезда Государя Императора Александра III, Государыни Императрицы Марии Федоровны и Августейших детей их Наследника Цесаревича Николая Александровича, великих князей – Георгия и Михаила Александровича и Великих Княжен Ксении и Ольги Александровны».
С тех пор каждый день, в 13 часов, колокольный звон напоминал о времени крушения императорского поезда и чудесном спасении царской семьи 17 октября 1888 г.
После октября 1917 г. следы колокола утрачены.

Соловецкий «Благовестник»


Колокол с таким названием был отлит в память о героических защитниках Соловецкого монастыря во время нападения на него двух английских 60-пушечных фрегатов 6-7 июля 1854 г. (шла Крымская война 1853-56 гг.). Несмотря на жестокую бомбардировку из 120 корабельных орудий, выпустивших около двух тысяч снарядов (ядер), англичанам не удалось захватить монастырь. В результате им пришлось удалиться, как говорится «не солоно хлебавши». Самым удивительным являлся не тот факт, что неприятелю не удалось захватить слабо защищенную обитель, а то, что среди защитников ее не оказалось ни одной жертвы! Ко всему прочему, один из снарядов, упавший возле иконы Божией Матери, даже не разорвался.
Людская молва тут же наделила свершившееся чудо промыслом Божиим. И, как водилось на Руси в подобных случаях, свершившееся решено было увековечить. По инициативе императора Александра II, в память об этом событии, в 1860 г. в Ярославле, на заводе С.Д. Чарышникова был отлит колокол весом в 75 пудов, получивший название «Благовестник». На колоколе имелись пространная надпись с описанием сражения 1854 г., а также изображение двух английских фрегатов – «Бриска» и «Миранды» - в момент обстрела обители. В нижней части колокола была отлита надпись из 67 псалма: «Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его, и да бежат от лица Его ненавидящие Его».

Колокол в память об Отечественной войне 1812 г.


На четырех колокольнях-куполах храма Христа Спасителя в Москве имелось 16 колоколов общим весом 4008 пудов 39 фунтов. Большой колокол весом в 1654 пуда имел на поверхности следующие изображения: вверху – Спасителя, Божией Матери, Иоанна Предтечи; внизу, в медальонах - императоров Александра I, Николая I и Александра II. На верхней тесьме колокола имелась надпись: «Благовествуй земле радость велию, хвалите небеса Божию славу. Слава Тебе, Боже наш, Слава Тебе». В нижней части его читаем: «В лето от сотворения мира 7385-е, а от воплощения Бога Слова 1877-е, повелением Благочестивейшего Самодержавнейшего, Великого Государя императора Александра Николаевича, всея России, вылит сей колокол для храма во имя Христа Спасителя в Москве, в возблагодарение за явленныя свыше благость и милость Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, при нашествии на Россию галлов и с ними двадесяти языков в 1812 году и на вечную память в Бозе почивших Благочестивейших императорах Александре I и Николае I. Отлит сей колокол в Москве по подряду потомственного почетного гражданина В.Н. Короткова. Лил мастер Ксенофонт Веревкин. Весу в колоколе 1654 п. 20 ф.; в языке весу 54 п. 28 ф.».

Колокола отлитые из…

А из чего мы узнаем немного позже.

На колокольне Исаакиевского собора Санкт-Петербурга насчитывалось 11 колоколов общим весом в 4349 пудов. Отлиты они были в столице мастером из г.Валдая И.М. Стуколкиным. На самом большом из них, весом 1860 пудов, имелась надпись из псалма: «Воспойте Господеви песнь нову, хваление Его в церкви преподобных; да возвеселится Израиль о сотворщем Его и сынове Сиони возрадуются о Царе своем».
Второй по величине колокол, воскресный, весом 976 п. имел надпись: «Во всю землю изыде вещание их и в концы вселенныя глаголы их. От края небесе исход его и сретение его до края небесе».
Надпись на колоколе весом в 663 пуда гласила: «Поминайте наставники ваша, иже глаголаша вам слово Божие, их же взирающе на скончание жительства, подражайте вере их».
Четвертый колокол весом в 320 пудов имел надпись: «Хвалите Бога во святых Его, хвалите Его во утверждении силы Его, хвалите Его на силах Его, хвалите Его по множеству величествия Его».
На пятом колоколе весом в 206 п. было начертано: «Вся земля да поклонится Тебе и поет Тебе; да поет же имени Твоему Вышний».
На шестом колоколе читаем: «Радуйтеся Богу, помощнику нашему, воскликните Богу Иаковлю. Приимите псалом и дадите тимпан».
Седьмой колокол весом в 55 п. имел следующую надпись: «Воспойте господеви песнь нову; хваление Его в церкви преподобных».
Восьмой колокол весом в 23 п. был с надписью: «Благовестите день от дне спасение Бога нашего. Возвестите во языцех славу Его».
На девятом колоколе было начертано: «Хвалите Его в кимвалех доброгласных; хвалите Его в кимвалех восклицания».
Десятый колокол весом в 6 п. был с надписью: «Пойте господеви в гуслех, вострубите пред Царем Господем».
Надпись на двухпудовом одиннадцатом колоколе гласила: «Воскликните Богови вся земля, воспойте и радуйтеся и пойте».
Все колокола были отлиты из старых сибирских пятикопеечных монет, которых по повелению императрицы Екатерины II было отпущено до 4000 пудов. Сами пятаки были отчеканены из меди, содержащей незначительные примеси серебра и даже золота.
Звонили в колокола 12 звонарей. Звон колоколов Исаакиевского собора покрывал звон всех колоколов городских церквей и был далеко слышан за пределами столицы.

О колокольном звоне


Колокольные звоны – важная составляющая храмового богослужения. Он являет собой праздничное торжество и душевную радость христиан.
Колокольные звоны употребляются для призыва верующих к богослужению, во время самого богослужения. При храмах обычно бывает несколько колоколов различной величины, которые носят разные названия согласно их употреблению.
Помещают колокола в особом здании – колокольне, как правило, более высоком, чем сам храм (для того, чтобы издаваемый ими звон был слышен как можно дальше), нередко на крыше церкви, в башне одного или нескольких куполов, в особых небольших зданиях – звонницах, а также иногда в самом храме с западной стороны.
В зависимости от вида богослужения, праздничных и других дней колокольный звон имеет названия: праздничный (торжественный), полиелейный, воскресный, будничный и малый (постный). Существуют четыре вида канонического звона: благовест, перебор, перезвон и трезвон. Благовест (т.е. несущий радостную, благую весть) – мерные удары в один из больших колоколов, служащий обычно призывом к богослужению.
Перезвон – удары во все колокола поочередно, начиная с самого большого. Этот звон производят перед водосвятными молебнами, перед литургией в храмовые и другие праздники. Собственно звоном считается удары в два или более колоколов одновременно.
Трезвон – удары в несколько или во все колокола в три приема (три звона) при начале богослужения, после благовеста и т.п.
Перебор является погребальным звоном, выражает грусть, скорбь об усопшем и символизирует жизненный путь человека от рождения до смерти. Перебор осуществляется медленными одиночными ударами в каждый колокол от самого малого до самого большого, после чего следует аккорд во все или максимально возможное количество колоколов, означающий обрыв жизни. Такой перебор может осуществляться многократно.
12 ударов в самый большой колокол с колокольни кафедрального собора производится при кончине епископа. В приходском (городском, сельском) храме в такой же колокол звонят при кончине настоятеля, священника.
Кроме церковного звона, существует звон набатный, осуществляемый во время пожара, а также мерный звон с промежутками между ударами с целью указания пути заблудившимся во время вьюг и буранов.
Помимо церковных, бывают колокола (некоторые существуют и сейчас): часовые, маячные, корабельные, станционные и другие.
Звонари издавна пользовались уважением у прихожан; некоторые из них – виртуозы своего дела, о них складывали легенды, некоторые из них стали достоянием истории.
Некоторые колокола подбирались под музыкальный звукоряд, что давало возможность исполнять на них различные мелодии.
Самыми музыкальными колоколами в России считаются ростовские (г.Ростов Великий Ярославской области). Многие кинофильмы снимались с использованием звона этих колоколов. Ростовские звоны мелодичны, красивы по звучанию. К наиболее старинным звонам относятся: «ионийский», «акимовский», «георгиевский» (он же «егорьевский»), «будничный». Авторы этих звонов неизвестны. Звон «ионофановский» создан Аристархом Израилевым.
Более поздними звонами являются «красный» и «калязинский». Последний сочинил В.Г Хмельницкий. Вячеслав Герасимович Хмельницкий звонил с юных лет, знал в совершенстве все ростовские звоны, сам сочинял их, руководил коллективом звонарей. Полвека своей жизни посвятил он колокольному звону. За исполнение «красного» звона во время приезда императора Николая II в Ростов был награжден большой золотой медалью. Умер В.Г. Хмельницкий в преклонном возрасте, совершенно глухим. В 1966 г. Всесоюзная фирма грамзаписи «Мелодия» выпустила массовым тиражом пластинку «Ростовские звоны». Позднее появились пластинки «Пасхальные звоны», «Колокольные звоны Москвы».
С 1975 г. в СССР, а затем в России стали проходить научно-практические конференции, посвященные колокольным звонам, истории колоколов. Такие конференции состоялись в Москве, Архангельске, Ярославле, Санкт-Петербурге, Саратове, Ростове Великом…. При Московском Колокольном Центре организованы 3-месячные курсы по подготовке звонарей.
Колокольный звон стал составной частью церковной, христианской жизни, но и органично вошел в повседневную светскую жизнь. Русские композиторы: М.Глинка, М.Мусоргский, А.Скрябин, Г.Свиридов, П.Чайковский и другие использовали его в своих бессмертных произведениях.

Тверские колокола

О тверских колоколах, относящихся к глубокой древности, известно крайне мало. Представим немногие сохранившиеся о них сведения.
15 августа 1327 г. колокольный звон возвестил жителям Твери о начале восстания против татаро-монгольских завоевателей. Это было стихийным выступлением тверитян в ответ на грабежи и насилие поработителей. После ожесточенной борьбы восставшие уничтожили отряд татар во главе с баскаком Чолханом (Щелканом). В ответ на это карательная экспедиция татар жестоко подавила восстание тверитян, разорила Тверское княжество.
В 1339 г. Московский князь Иван Калита совершил акт, который привел к ущемлению суверенитета своего некогда могущественного, а теперь ослабевшего соперника. Он приказал снять вечевой колокол с тверского собора святого Спаса и отправить его в Москву, тем самым, повергнув в неописуемую скорбь всех тверитян.
Известный писатель Дмитрий Балашов в своей книге «Бремя власти» посвятил Тверскому вечевому колоколу целый раздел. Вот выдержки из этой книги: «…И остался Тверской великий колокол единственным на Руси, паче всех других колоколов. Чудом уцелел он во время Шевкаловой рати. Не сорвался, не огорел, не потерял звона своего. И был тот колокол гласом и сердцем великого града Твери… Набатно гудел он в болезни ли, пожары или иную какую беду возвещал, и, по звону тяжко беспокойному, знали тогда тверичи, что во граде беда. И уж совсем сурово всполошно кричал он, созывая граждан своих на помочь во дни беды. Так было в пору Шевкалова разорения, так было при появлении татарских, московских ли ратей и, печально тоскуя, с тяжкой медной болью провожал колокол в последний земной путь погибших князей своих: Михайлу Ярославича, Дмитрия Грозные Очи, Александра Михалыча, Федора Александровича – пусть будет им пухом земля!
Слагались о колоколе том легенды и сказания, творились приметы и обычаи горожан. Целая изустная повесть…. Как сама Богоматерь прикрыла его корзном своим от огня и отвела глаза татарам ищущим, погубить колокол…. Да и что много глаголить о том! Знающий Русь знает, что есть или вернее сказать, чем был колокол на Святой на Великой Руси! И потому снять колокол и увезти было то же, что вырвать городу сердце».

В 1403 году, в правление князя Ивана Михайловича, был отлит колокол – благовестник для собора святого Спаса, о котором сказано в летописи: «Того же лета слитъ бысть колоколъ святому Спасу благовестникъ княземъ Иваномъ Михайловичемъ и бысть гласъ его красенъ».
Колокольня кафедрального Спасо-Преображенского собора – главного храма тверской земли, насчитывала в середине 19 века 13 колоколов. Укажем некоторые из них. На самом древнем колоколе весьма скромных размеров и веса имелась надпись, говорящая, что он отлит при царе и великом князе Иване в Твери. Второй по древности колокол собора был отлит в 1829 г. при царе Михаиле Федоровиче; третий – в 1666 г. при царе Алексее Михайловиче.
На колокольне Спасской церкви села Сутоки (ныне Рамешковский район Тверской области) имелся колокол с надписью на старославянском языке: «Лета …года приложил сей колокол в церковь всемилостивого Спаса в Кашинский уезд в Середецкий стан, что на речке Суточке, стольник Иов Иванов сын Поярков по своим родителям в вечный поминок».
В храме села Тутань Тверского уезда имелся колокол с надписью: «Слит колокол сей 1575? года февраля повелением царя Семиона Бекк Булатовича к Преображению Спасову, а мастер Павлов сын Иванко».
В г.Красном Холме в церкви Покрова Пресвятой Богородицы имелся колокол: «Построен 1695 г. Николаевского Антониева монастыря при архимандрите Иоасафе да при строителе Соловецком Игнатии на казенные сборные деньги».
На колоколе собора г.Старицы имелось две надписи. Первая, отлитая, гласит: «Лета 7183 (1675 г.) августа 30 по указу Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца слит сей колокол в Московском уезде в его Государево село к церкви Пречистыя Богородицы Цареградские. Весу в нем 150 пуд.». Ниже этой надписи имелась другая, вырезанная от руки: «Лето от сотворении 7187 году (1679) месяца генваря дня 15 от Рождества по плоти Бога Слова 1679 Великий Государь Царь и Великий Князь Федор Алексеевич всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержец пожаловал в город Старицу к соборной церкви великого чудотворца Николая велея сей колокол обменить на старый разбитый колокол тщанием и радением стольника и полковника Василья Григорьевича Бараньчеева».
В Ниловой пустыни Осташковского уезда (монастырь на острове Столбный, что на озере Селигер) имелось несколько древних колоколов. Вот надпись на одном из них: «174 (1666 г.) года генваря в 20 день Великий Государь Царь и Великий Князь Алексей Михайлович, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержец, пожаловал сей колокол по своему государеву обету в пустыню чудотворца Нила в Столобенский монастырь, а весом 41 пуд».
Истории известны случаи ходатайства священников к самому царю с просьбой о пожаловании колоколов вверенной им церкви. Примером тому является обращение настоятеля церкви Рождества Христова г. Кашина Назария с подобной, челобитной, датированное первой половиной 17 века: «Царю Государю и Великому князю Михаилу Федоровичу всея Руси бьет челом г. Кашина с посаду церкви Рождества Христова твой царский богомолец поп Назарьище…»
Далее проситель пишет, что после разорения г.Кашина литовцами, от чего пострадали и церкви, губной староста Степан Якимцев отобрал у храма два колокола. Поп Назарий, скорбя об утрате, так заканчивал свою челобитную: «Ныне, Государь, у Рождества Христова звону нет, звонить не вошто, стоит без звону. Милосердный Государь Царь и Великий Князь Михаил Федорович всея Руссии, пожалуй меня своего царского богомольца, вели Государь к той церкви дать колокола, чтоб твое царское богомолье без звону не было и не запустело. Царь, смилуйся и помилуй».
Царь внял просьбе и повелел издать указ: «Лета 7144 (1636) февраля в день по Государеву Цареву и Великого Князя Михаила Федоровича всеа Русии указу… Государь пожаловал… в Кашин на посад к Рождеству Христову попу Назарию два колокола в восьм пуд велел дать».
Помимо перечисленных, на тверской земле насчитывался не один десяток древних колоколов. Следует отметить, что на многих из них имелись изображения Спасителя, Богоматери, святых; различные украшения.

Зарубежные (полонные) колокола


Нередко в России среди старых колоколов можно было встретить колокола с надписями на латинском и других иностранных языках. Появились они у нас разными путями: одни были куплены в Западной Европе, другие отлиты там же по заказу, третьи попали в страну в качестве добычи – так называемые полонные колокола. В ряде случаев появление таких колоколов в России до сих пор остается загадкой. Укажем на некоторые из них, которые находились на тверской земле.
На колокольне села Молдина Вышневолоцкого уезда имелись два колокола с латинскими надписями. Один из них треснул и пошел на переплавку. Надпись на оставшемся колоколе гласила: «Gloria in Exelsis Deo Ft in terra Pax laudamus te Fusa Vilae anno Dni 1654».
В этой местности бытовало предание о том, что владелец с.Молдин, некто Пыжев, участвовал в захвате г. Вильно и с царского соизволения увез колокола как трофей на свою родину.
На колокольне Корсунской церкви г.Кашина имелся колокол с надписью: «Peeter van den Chein Heftmi ghegoten MDLXXXXIII».
Колокол Старицкого Успенского монастыря имел аналогичную надпись: «Peeter Van Cheun Heftmi ghegoten MDLXXXIII». В переводе это звучит так: Петр ван Шейн меня отлил 1583 г.
Как видим, оба вышеупомянутых колокола отлиты одним и тем же мастером и находились они в храмах, разделенных расстоянием чуть более 200 км.
Надпись на колокольне Иоанна-Богословской церкви г.Бежецка гласила: «Ad Laudem Dei Omni Vosensis… johannes anno 1541». (Точки означают пропущенное слово.)
Колокол с латинской надписью, относящийся к 17 веку имелся и на колокольне Вознесенской церкви села Кимры Корчевского уезда (ныне г.Кимры - центр одноименного района Тверской области), но речь о нем пойдет ниже.
Примером изготовления заказного колокола для России за рубежом служит колокол Успенского собора г.Ржева. Надпись на нем, выполненная славянской вязью, говорила сама за себя: «1730 году сентября в 30 день сей колокол слит в Стокголме в Российский город Ржеву Володимерову к соборной церкви Успения Богоматери благословением духовного чина и тщанием господина воеводы Вельяминова Зернова и протчих господ и купечества. Выписан чрез Моисея Зетилова». На одной стороне колокола отлит медальон с изображением лучистого сияния и двумя ангелами с лицами, обращенными в сторону от медальона. У каждого во рту по длинной трубе, которые они поддерживают с помощью одной руки, в другой руке у ангелов венки из лавровых и пальмовых ветвей. На медальоне еврейскими буквами отлито слово IEHOWA.

Кимрские колокола


Предварим наш рассказ о кимрских колоколах небольшой справкой.
Село Кимры в 1781 г. вошло в состав Корчевского уезда Тверской губернии (до этого времени Кимры находились в Кашинском уезде). Кимры издавна являлись крупным центром кустарного сапожного промысла, за что неофициально именовались «столицей сапожного царства». В 1917 г. село было преобразовано в город, через год он становится центром Кимрского уезда, позднее – района. Ныне это крупный промышленный и культурный центр Тверской области с населением более 50 тысяч человек.
А теперь перейдем к ознакомлению с некоторыми наиболее интересными, на наш взгляд, колоколами кимрской земли.
С колокольни кимрского Покровского собора звонил один из самых больших колоколов Тверской губернии весом свыше 1000 пудов. Более подробно мы расскажем о нем ниже, в разделе «Самые большие колокола тверской земли». На втором по величине колоколе собора весом в 254 пуда 3 фунта, отлитом в Москве на заводе Струговщикова имелась надпись: «Во славу святой живоначальныя и неразделенныя Троицы Отца и Сына и Святого Духа и в честь преблагословенныя Владычицы нашей Богородицы и приснодевы Марии Ея Покрова … святого отца нашего Николая архиепископа Мирликийского чудотворца, вылит сей колокол Корчевского уезда в село Кимру в лето от Рождества Христова 1807 генваря 9 дня». Следующий по величине колокол весом в 155 пудов 5 фунтов, был лит в Москве на заводе М.Г. Богданова в 1818 г. и имел такую надпись: «Лит сей колокол при графе Литта и супруге его Екатерине Васильевне от доброхотных дателей». (Графиня Е.В. Литта, по первому мужу Скавронская, являлась владелицей Кимрской вотчины. - К.В.)
Колокол весом в 45 пудов 21 фунт имел надпись: «Вылит сей колокол Корчевского уезда в село Кимру к собору Покрова Пресвятой Богородицы усердием соборного старосты Аники Федорова Рыбкина и доброхотными дателями, в Ярославле содержателем завода 1 гильдии купца Ивана Порфирьева Оловянишникова в 1832 г. мая 9 дня».
Надпись на самом старом колоколе, весом в 8 пудов, гласила: «7148 (1640) июня в 4 день дан сей колокол в вотчину боярина князя Алексея Михайловича Львова в село Кимру к церкви Живоначальныя Троицы и Николая чудотворца и страстотерпцев Бориса и Глеба». Всего на колокольне Покровского собора висело 15 колоколов.
Главный колокол кимрской Вознесенской церкви, весом в 252 пуда, имел следующую надпись: «Во Славу Вознесения на небо Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, в честь преславного Успения Пресвятой Богородицы и Преблагословенныя Владычицы нашей Богородицы и приснодевы Марии, слит сей колокол в преславное и благополучное царствование Благочестивейшего императора Александра Павловича самодержца Всероссийского к церкви Вознесения Господне с приделами Успения Божией Матери и святого Великомученика Димитрия Селунского Тверской губернии Корчевского уезда вотчины Ея сиятельства, действительной штатс-дамы и кавалера графини Екатерины Васильевны Литта в село Кимру от доброхотных дателей при старосте Мокее Симеоновиче Брусницыне 1818 года, весу 185 пудов 32 фунта, которые за повреждением перелит в 1832 года марта 7 дня с прибавлением к оному весу 66 пудов 33 фунта. Всего … (точки означают неразборчивое слово) 252 пуда 25 фунтов, усердием и ревностью ко Святой церкви и иждивением того же села Кимры крестьянином Александром Степановым Мошкиным. Лит заводчиком московским купцом Михайлом Гавриловым Богдановым».
Коротко прокомментируем вышеприведенную надпись. Во-первых, пространные надписи на колоколах являются далеко не редкостью; во вторых, прихожанин Вознесенского храма купец А.С. Мошкин являлся главным жертвователем на строительство и украшение последнего, и это был не единственный колокол, купленный им и подаренный храму.
Самый старый колокол Вознесенского храма имел надпись на латинском языке: «Soli Deo gloria Assuerus me fecit Amsterdami 1671». В другом источнике приводится несколько измененная надпись на этом колоколе: «Soli Deo gloria Assueros Coster me fecit 1631 anno».(Слава Единому Богу. Асвер Костер сделал меня в 1631 г.) (По-видимому, датой отливки следует считать все же 1631 г. На тверской земле в прошлом существовало немало колоколов, отлитых голландским мастером А.Костером в 1630-х годах).
На большом колоколе Воскресенского собора г.Корчевы, вес которого составлял 202 пуда 35 фунтов, была отлита надпись: «Помяни, Господи, иже дары сии тебе принесеньих и о них же и им же и за них же сия принесота. Сей колокол пожертвован купцом Субботиным в 1852 г». По сторонам (тулову) колокола имелись изображения: Божией Матери, Николая Чудотворца, св. Петра, великомученицы Екатерины.
Другой колокол, весом в 99 пудов 35 фунтов, имел надпись: «В вечер и заутра и полудне повем и возвещу и услышит глас мой». Надпись на колоколе весом в 12 пудов 21 фунт сообщала: «1778 г. сентября 4 дня. Куплен сей колокол в село Воскресенское старанием и капиталом Алексея Михайлова Сотникова».
В церкви села Абрамова (в 4 верстах от Кимр) имелся ряд исторических колоколов. На одном из них можно было прочесть: «Лит сей колокол в с. Абрамово к церкви Рождества Пресвятой Богородицы старанием и усердием порутчика Петра Петрова Дохтурова при священнике Феодоре в лето от Рождества Христова в 1758 г. мая 3 дня». На другом читаем: «Лит сей колокол в с. Абрамово усердием господина Ивана Герасимовича Дохтурова». Судя по имени владельца с. Абрамова, колокол отлит во второй половине 17 века. На колоколе весом в 61 пуд имелась надпись: «Лит сей колокол в село Абрамово к церкви Рождества Пресвятой Богородицы в лето от Рождества Христова 1822 года марта 21 день усердием доброхотных дателей старанием лейб-гвардии прапорщицы Вассы Соломоновны Дохтуровой при священнике Петре Васильеве, старосте церковном Михаиле Васильеве. Лит в Москве на заводе купца Михайле Богданова. Мастер Василий Каталымов».
Как можно заметить, на всех трех колоколах Абрамовского храма указана фамилия Дохтуровых. Дворяне (помещики) Дохтуровы являлись владельцами села Абрамова и главными жертвователями на нужды храма. Потомком абрамовских помещиков был герой Отечественной войны 1812 г. генерал Д.С. Дохтуров.
На одном из колоколов церкви села Быкова, весом в 63 пуда 10 фунтов имелась надпись: «1772 года ноября 13 дня куплен сей колокол в Корчевскую округу к церкви Сретения Господне. Лит в Москве на заводе Асона Струговщикова».
Надпись на колоколе храма села Паскина весом в 47 пудов 15 фунтов, отлитом в 1825 г на московском заводе Н. Самгина, гласила: «Куплен сей колокол Тверской губернии Корчевского уезда в погост Воскресенский, что на Стану к церкви Обновления Храма Воскресения Христова при священнике того погоста Игнатии Сергееве и старосте Матвее Козмине».
Колокол, отлитый на том же заводе и почти в то же время, имелся и в селе Окатове: «1823 года генваря 2 дня куплен сей колокол в Корчевской уезд в село Окатово в церковь Успения Божий Матери старанием священника Матвея Якимова и крестьянина Григория Алексеева господ Борковых».
Еще один колокол этой церкви, весом в 20 пудов и отлитый в Москве в 1747 г., имел надпись: «Княж Яковлева сына Байтерикова в Кашинский уезд в Пудицкий стан в церковь Успения Пресвятой Богородицы, что в Окатове для вечного его и фамилии поминовения».
На колокольне погоста Рождественского, что при Вышнем озере, имелся колокол весом 215 пудов 4 фунта с надписью: «Лит сей колокол Корчевского уезда в погост Рождественский при местном благочинном села Кимры протоиерее Василии Иоаннове, священнике той церкви Андрее Иоаннове при диаконе Гаврииле Егорове усердием доброхотных дателей в Твери на заводе купцов братьев Капустиных 1832 года марта 23 дня». Имя благочинного на колоколах упоминалось не часто.
В храме крупного торгового села Стоянцы один из колоколов, весом в 196 пудов 14 фунтов, имел надпись: «Лит в Москве на заводе потомственного почетного гражданина Андрея Дмитриевича Самгина 1879 года сентября 15 дня. Отлит сей колокол доброхотными дателями Ефимом Варфоломеевым и Акулиной Власьевой Беляковыми села Стоянцы к церкви Обновления храма Воскресения Христова в бытность священников отца Иосифа и отца Василия, церковного старосты Федора Иосифовича Раева». Выше этой надписи имелась вторая: «По смерти Ефима и Акулины помяни их, Господи, егда приидет в царствие Твоем». На колоколе имелись изображения четырех святых, в числе которых была и мученица Акулина.
На колокольне церкви погоста Спасского, что в Ченцах, имелся колокол весом в 44 пуда 10 фунтов с лаконичной надписью: «1784 года февраля 15 дня. Куплен сей колокол в Кашинский уезд села Спасского, что в Ченцах, тщанием приходских людей».
На колокольне церкви Похвалы Богородицы села Городища на Дубенском устье имелся колокол с надписью: «Лит сей колокол в царствующем граде Москве на заводе Николая Самгина весу 52 пуда 37 фунтов 1828 года декабря 1 день Тверской губернии Корчевского уезда в село Городище в церковь Похвалы Богородицы усердием помещицы княгини Елизаветы Ростиславовны Вяземской».
В Покровской церкви погоста Спасского, что в Голядях (около села Гайнова), имелся старый колокол с надписью: «Лета 7200 (1695) в Кашинский уезд в Большую слободу Задубровскую Покрову Богородицы в Голяди приложили миром».
На колокольне храма села Троицкого, что в Деревнях (Троицы-Кочки), имелся колокол весом в 235 пудов, на котором можно было прочесть: «Вылит сей колокол Корчевского уезда в село Троицкое, что в деревнях. Лит в Твери на заводе тверских купцов Ивана и Михаила Степановых братьев Капустиных 1840 года». Колокол этот с течением времени дал трещину, утратил звон. В память восшествия на Российский престол императора Николая II в 1895 году был перелит. При этом вес его (с добавлением меди) увеличился до 283 пудов.
Другой колокол этой же церкви, весом в 34 пуда, имел надпись: «Выменен сей колокол в Кашинский уезд в Пудицкий стан в село Троицкое, что в Деревнях 1733 года».
В церкви села Горицы на одном из колоколов весом в 123 пуда было написано: «1805 года февраля 6 дня выменен сей колокол в Москве Тверской губернии Корчевского уезда села Гориц к церкви Рождества Христова усердием помещиков боляр Олсуфьевых старосты церковного Евфима Тимофеева». На колоколе имелись изображения: Казанской Божией Матери, Николая Чудотворца и Ильи Пророка.
На другом колоколе этой же церкви, весом в 67 пудов 25 фунтов и отлитом в Москве на заводе Якова Струговщикова, надпись гласила: «1784 года февраля 27 дня Тверского наместничества Корчевского уезду в вотчину бригадира Дмитрия Матвеевича Олсуфьева в село Горицы церкви Рождества Христова старанием Михаила Павлова».
На обоих колоколах указана фамилия Олсуфьевых. И это не случайно. Село Горицы являлось их владением. Одним из представителей рода являлся герой Отечественной войны 1812 года генерал З.Д. Олсуфьев (1773-1835 гг.), похороненный в родовом имении г.Горицы в склепе возле храма.
На колокольне Никольской церкви села Пухлимо-Отрубнево имелся шестипудовый колокол с надписью: «Пожертвован сей колокол Николаю Чудотворцу в село Пухлимо прихожанином деревни Папино крестьянином Василием Иродионовым». Другой колокол, весом в один пуд, согласно его надписи, был отлит в 1826 г. на средства крестьянина деревни Красиково Ивана Васильева. Самый старый колокол Никольской церкви был отлит в 1797 г. на средства князя Петра Николаевича Волконского.
На одном из семи колоколов Богоявленской церкви села Медведицкое, весом в 42 пуда 35 фунтов отлитом в 1788 году, имелась надпись: «Сей колокол с прочими колоколами вылит тщанием и рачением тайного советника действительного Камергера князя Сергея Михайловича Голицына в вотчину его Тверского наместничества Кашинского округа в село Медведицкое церкви Богоявления Господне».
А вот что было написано на одном из колоколов Казанского храма села Малышково, (всего их было 7) отлитом в 1754 году и весившем 15 пудов 33 фунта: «Вылит в Кашинский уезд в с. Белгородок церкви Казанской Божией Матери иждивением флота капитана Гурия Игнатьевича Костомарова».
Прочитав последние строки, читатель может задаться вопросом. А почему в Казанской церкви села Малышкова находился колокол Казанского храма села Белый Городок? Дело в том, что помещик сельца Малышково Гурий Костомаров, будучи прихожанином Казанского храма в селе Белый Городок, расположенного в 1,5 верстах от своего имения, построил рядом со своим домом каменный храм, освященный в честь иконы Казанской Божией Матери. Старый деревянный Казанский в храм в Белом Городке был разобран, все его иконы, другое имущество, включая и колокола, были переданы в Малышковский храм.
На колокольне Покровской церкви села Пухлима имелся колокол весом в 137 пудов 20 фунтов, отлитый в 1830 году с надписью: «Августа 23 дня попечением священника Алексея Белюстина и князя Петра Дмитриевича Салтыкова и прочих крестьян усердников в селе Пухлимском».

Колокольные заводы тверской земли
Колокола, отлитые на тверской земле


Сегодня можно с определенной долей уверенности говорить о трех – пусть и неравнозначных – колокололитейных центрах тверской губернии: Твери, Осташкове и Кимрах. Начнем рассказ о самом крупном из них – Тверском.
Первый колокол, как мы указывали выше, был отлит в Твери в 1403 году. Самое первое изображение процесса отливки колокола в Твери (происходила между 1379-1424 гг.), дошедшее до наших дней, показано в древнерусской миниатюре 16 века «Слит бысть колоколъ в Тфери».
В описи Тверского Спасо-Преображенского собора за 1855 г. значатся несколько колоколов, отлитых в Твери. Один из них, древний, имел надпись: «Лит при Благоверном Цари и Государи и Великом Князе Иване в Твери, св. Христову Богоявлению и св. Христовы мученицы Настасии». Надпись на втором по величине колоколе весом в 500 пудов сообщала, что отлит он в 1717 году в июне месяце, в Твери тщанием Преосвященного Варлаама Косовского, епископа Тверского, из старого 200-пудового колокола с добавлением новой меди на средства доброхотных дателей.
В книге «Генеральное соображение по Тверской губернии, извлеченное из подробного топографического и камерального по городам и уездам описания 1783-1784 гг.», отмечалось, что во второй половине 18 века на территории губернии имелись два колокололитейных завода. Найденные весьма скудные архивные источники, увы, не позволяют в полной мере раскрыть интересующую нас тему, но, все же дают возможность составить общее представление колокололитейного дела на тверской земле.
Имена зачинателей колокололитейного ремесла в этом древнем русском городе нам пока неизвестны. Самое же первое упоминание о тверском мастере – литейщике мы узнаем из надписи на одном из колоколов старицкого Успенского монастыря: «Лил мастер тверской купец Федор Козьмин сын Богданов 1768 г. октября 6 дня».
Имя этого же мастера указано на 194-пудовом колоколе, отлитом в Твери в 1784 г. для тверского Успенского Желтикова монастыря. Добавим к тому что в 1802 г. в Твери, близ Желтикова монастыря, московским мастером М.Астраханцевым был отлит колокол весом в 500 пудов.
Продолжателями колокололитейного дела Ф.Богданова в Твери стали его сыновья Дмитрий и Михаил. Более известен из них последний. Родился Михаил Богданов в 1858 г. в Твери, где имел каменный дом, доставшийся ему в наследство от отца и собственный колокололитейный завод.
Интересный факт. В Твери, в начале 19 века, отливались не только церковные колокола, но и…поддужные колокольчики на которых была отлита надпись: «1804 тверской мастер Михайла Богданов». В настоящее время в стране известно всего несколько таких колокольчиков. Это пока что одна из неисследованных страниц истории тверского края.
В 1813 г. в Москве появился колокололитейный завод Михаила Гавриловича Богданова. Крупный коллекционер поддужных колокольчиков в России постсоветского времени М.М. Любашевский считает, что московский заводчик М.Богданов являлся выходцем из Твери и что именно он отливал тверские колокольчики. Возможно, это и так. В пользу подобного мнения говорит тот факт, что в начале 19 века в Твери проживало более 15 семей, носящих фамилию Богдановых; многие из них занимались кузнечным ремеслом. Двое носителей этой фамилии, как мы уже знаем, являлись владельцами колокололитейных заводов. В свете вышесказанного не будет удивительным то обстоятельство, что в будущем, возможно, откроются новые имена тверских мастеров колокололитейного дела. И как подтверждение к сказанному, укажем на колокол весом в 48 пудов, звонивший в прошлом с колокольни села Сутоки Корчевского уезда. На нем имелась надпись: «Вылит сей колокол Корчевского уезда в село Сутоки ко храму Всемилостиваго Спаса старанием священника Петра Кириллова и старосты Абрама Захарова. Мастер Александр Богданов 1819 года марта дня».
В первой половине 19 века имя М.Г. Богданова встало в один ряд с самими известными и знаменитыми мастерами колокололитейного дела в России. В 1819 году на заводе М.Г. Богданова в Москве был отлит знаменитый колокол – «Большой Успенский» весом в 4000 пудов (64 тонны), ставший одним из самых крупных колоколов в России. В том же году М.Г. Богданов лично руководил поднятием своего детища на колокольню Ивана Великого в Кремле. Свидетелем этого события, имевшем большое историческое значение стало «несметное число зрителей» О нем сообщалось в ряде печатных изданий, а также упомянуто в надписи на одном из колоколов московского Андроникова монастыря: «В мирное время правления государя императора Александра I слит сей колокол при Спасо-Андрониковском архимандрите Гермогене 1820 года марта 2 дня искусством известного всем по 4000 пуд. колоколу, что на Ивановской колокольне. Лит в Москве на заводе купца Михаила Богданова, мастер тверской Василий Каталымов».
Теперь настало самое время уделить несколько слов Василию Каталымову, одному из самых лучших мастеров по отливке колоколов того времени.
Его звонкоголосые изделия можно было встретить далеко за пределами Тверской губернии. Он был сыном тверского купца Мины Степановича Каталымова. Василий Каталымов отливал колокола на заводах Михаила Богданова, братьев Капустиных и ряда других как в Твери, так и Москве.
Больше всего колоколов в Твери было отлито на заводах династии Капустиных.
В 1822 г. купец Степан Аникиевич Капустин (в то время писали Стефан Иоаникиевич) обратился с прошением на имя тверского губернатора о продаже ему участка земли у Смоленской церкви для постройки колокололитейного завода. Однако собственником его он становится только после процедуры торгов с двумя конкурентами, из которой он вышел победителем. Вскоре после этого колокололитейный завод был построен.
После смерти основателя завода, С.А. Капустина, дело его продолжили сыновья, купцы Иван и Михаил. Имя Ивана Капустина на колоколах встречается значительно чаще, чем Михаила. Колокола, отлитые на заводе династии Капустиных, можно было встретить во многих храмах тверской земли. Имелись они и на колокольне храма иконы Смоленской Божией Матери в Твери, возле которой находился завод. В качестве иллюстрации приведем надпись на одном из его колоколов: «Перелит сей колокол городе Твери Смоленской кладбищенской церкви при священнике Василии Матвееве из преждебывшаго весом во 124 пуда разбитого колокола и увеличен на счет усердствующей, в особенности же значительным пожертвованием церковного старосты тверского купца Михаила Иванова Никифорова, 1826 года генваря 12 дня, весму в нем 161 пуд. Лит в Твери на заводе Стефана Капустина. Мастер Василий Каталымов». На колоколе были отлиты изображения Спасителя, Николая Чудотворца, Смоленской иконы Божией Матери, св. Арсения и св. Михаила тверских чудотворцев. Укажем еще несколько колоколов, отлитых на заводе Капустиных.
Большой колокол тверского Успенского Отроч монастыря имел надпись: «Колокол сей вылит к Отрочу монастырю в 1838 году при настоятеле монастыря архимандрите Феофиле, перелит в лето от Рождества Христова 1855… В царствование благочестивейшего Государя императора Александра Николаевича с благословения высокопреосвященного Гавриила архиепископа Тверского и Кашинского и кавалера при настоятеле Отроча монастыря архимандрите Макарии. Весу в нем 340 пуд. 27 фунт. Лит в Твери на заводе тверских купцов Ивана и Михаила Стефановых Капустиных». На колоколе отлиты изображения Успения Божией Матери, Казанской Божией Матери, св. Арсения и св. Михаила Тверских, св. Петра, св. Филиппа и вмц. Варвары. На колокольне Христорождественского храма села Горицы Корчевского уезда (ныне Кимрский район) на колоколе весом в 31 пуд имелась надпись: «Сей колокол, разбитый при горицкой церкви в 1850 г., перелит вновь в г. Твери купцом Иваном Степановым Капустиным старанием старосты церковного графа Николая Н. Толстого».
В 1869 г. Иван Капустин обращается к тверским властям с прошением разрешить ему произвести на своем заводе некоторые строительные работы. Вскоре после этого имя Ивана Степановича Капустина как заводчика исчезает. Возможно, дело его на непродолжительное время возглавил сын Николай, купец 1 гильдии.
С 1870-х годов в Твери появляется новый владелец колокололитейного завода, купец Е.И. Клеунов, который взял в аренду завод Капустиных. Колокололитейный завод Клеунова состоял из деревянного строения длиной 15, шириной 4 и высотой 1,5 саженей. Кроме того, на территории завода находилось еще несколько небольших строений. В конце 1870-х годов на заводе работали мастер (Клеунов) и двое постоянных помощников-подмастерьев. За год на заводе отливали от 6 до 8 колоколов на сумму до 20 тысяч рублей. Конечно, в разные годы, в зависимости от заказов, число подмастерьев и количество отлитых колоколов, равно как и заработок, могли изменяться в ту или иную сторону.
После 1881 г. упоминание о колокололитейном заводе в Твери исчезают. По-видимому, он прекратил свое существование.
Вторым по значимости колокололитейным центром Тверской губернии являлся г.Осташков.
В Ниловой Столобенской пустыни, монастыре на озере Селигер Осташковского уезда, на одном из колоколов имелась надпись: «Сей колокол в лето 7178 (1670) жалованный в Нилову пустыню блаженныя и вечно достойныя памяти Царем Алексеем Михайловичем во 160 пуд, переливал в 1755 г. в реченной пустыне в благополучное царствование Благочестивейшия Самодержавнейшия Великия государыни нашея, императрицы Елизаветы Петровны всея России… в бытность игумена Александра, старанием иеромонаха Вениамина и Санктпетербургского купца Саввы Яковлева, мирским подаянием доброхотных подателей, весом с прибавкою в 300 пуд. Лил сей колокол мастер Димитрий Евдокимов». Из надписи следует, что колокол весом в 160 пудов был отлит в 1670 г. Позднее он треснул и был перелит в Ниловой пустыни в 1755 г. мастером Дмитрием Евдокимовым, который добавил к прежнему сплаву 300 пудов меди.
Другим доказательством местной отливки служит надпись на колоколе Троицкого собора г.Осташкова, которая в верхней своей части гласила: «Буди слава Господня во веки», «Воспоем Господеви животе нашем», «Господи, услыши глас наш», «Вонми молению нашему». Надпись внизу тулова колокола сообщала: «1808-го года с Божиею помощию слит сей колокол во граде Осташкове к собору живоначальной Троицы в царствование Августейшего Монарха Александра 1-го по благословению Преосвященного Мефодия, архиепископа Тверского, старанием протоиерея Василия Никитина Суворова с братиею и усердным благодеянием прихожан и вкладчиков, лил московский мастер Михаил Астраханцев весом 538 пудов».
По сведениям местного священника и краеведа В.Успенского, колокол этот в пасхальную неделю 1838 года треснул из-за «безрассудного производимого звона» (т.е. очень сильного и громкого) и позже был перелит, с добавлением меди, в 780-пудовый.
В наши дни в г.Нарве (Эстония), рядом с местным музеем можно увидеть полутораметровый колокол с надписью: «Лил сей колокол осташковский купец Евстафий Федотов с Антоном 1779 г. ноября 23 дня».
В 1830 году в Осташкове Александр Проскуряков на своем колокололитейном заводе отлил для Знаменского женского монастыря 120-пудовый колокол взамен прежнего треснувшего 103-пудового, добавив в сплав меди. Спустя почти 100 лет, в 1925 году, в Осташкове, на литейно-механическом заводе «Смычка», литейным мастером А.Н. Проскуряковым был отлит колокол, который до сего времени находится на колокольне Преображенской церкви г.Осташкова.
Достоянием истории г.Осташкова стало имя Михаила Фокина, который построил собственный колокололитейный завод на острове Воронье, находящемся по соседству с городом. Один из колоколов, отлитый Фокиным, с надписью «Осташков» и изображением герба города, находится ныне на колокольне Троицкого собора – части историко-архитектурной экспозиции местного музея «Осташковские колокольни и колокола». Среди ее экспонатов - глиняная форма для отливки небольших колоколов завода Фокина. Колокололитейный завод Фокина просуществовал недолго. По воспоминаниям его потомков, в конце XIX века он сгорел.
Третьим колокололитейным центром Тверской губернии, менее значительным, чем два предыдущих, можно считать село Кимры. «А может ли такое быть, чтобы в селе да отливали колокола?» - воскликнет иной скептик. Отвечаем: «Да, может!»
Село Кимры было не обычным селом, а знаменитым на всю Россию, начиная с XVII века, центром кустарного сапожного промысла, прозванным в народе «столицей сапожного царства».
По численности населения и своему промышленному значению оно значительно превосходило не только свой уездный центр Корчеву, но и целый ряд городов губернии. Главной достопримечательностью села (с 1917 года - город) являлся грандиозный Покровский собор. По свидетельствам современников, внешне и особенно своим внутренним убранством храм напоминал Московский Успенский собор. Кимряне любили свой храм, гордились им, старались как можно лучше украсить.
В контексте нашего изложения приведем фразу, прозвучавшую в газете «Тверские губернские ведомости» в 1863 году: …«В старые годы кимряки, кроме больших колоколов, любили голосистых диаконов, которых они повсюду выискивали».
Документально установлено, что в Кимрах было отлито как минимум четыре колокола.
Более подробно остановимся на большом (главном) колоколе Покровского собора.
В 1825 г. в Кимрах, на месте пострадавшего в начале 19 века от пожара храма, был построен Покровский собор. Это был один из крупнейших сельских храмов в России. Честолюбивые кимряне захотели украсить его и соответствующим величию храма колоколом. Надо сказать, все, что западало в умы кимрян, как правило, ими выполнялось. По инициативе купцов Малюгиных, на их средства и добровольные пожертвования прихожан, в селе Кимры в 1840 г. был отлит 1005-пудовый колокол. Он стал первым на тверской земле колоколом, имеющим вес, превышающий 1000 пудов. Отливал его приглашенный в село мастер-литейщик.
На надгробном памятнике С.И. Малюгина, в память его заслуг по возведению Покровского собора и обретению храмом большого колокола, была начертана следующая стихотворная надпись:
«По трудам, жизнь в коих провел,
Память ты свою здесь приобрел.
Храма драгоценного столь построенным
Под твоим кой быстро возникал строенным.
И что вновь тобой прелит большой кампан,
В дни торжеств мы слышим коего тимпан».

Второй и третий колокола весом в 52 и в 6 пудов были отлиты в селе Кимры для церкви села Покровского, что при озере Корчевского уезда (ныне Кимрский район). Надписей на них не было. На четвертом колоколе, весом в 104 пуда, отлитом в 1840 г. для церкви села Архангельского, что в Куровичах, имелась надпись, говорящая о том, что отлит он в селе Кимры московским мастером при священнике Петре Алексееве и строителе помещике Алексее Алексеевиче Головачеве. На нем было отлито изображение иконы Владимирской Божией Матери. Нет никакого сомнения в том, что на кимрском заводе были изготовлены и другие колокола. По-видимому, отливка колоколов здесь осуществлялась только в первой половине 1840-х годов. Все четыре упомянутые выше колокола были отлиты в период 1840-1845гг.
Единичные колокола отливались и в ряде других местностей Тверской губернии приглашенными мастерами. Имеются сведения об отливке большого, 625 пудового колокола для Воскресенского собора г. Кашина, на котором имелась надпись: «Лит в Кашине в 1838 г. на иждивение кашинского купеческого брата Алексея Ивановича Жданова».
В г.Бежецке, в 1900 году, мастером, приглашенным из Ярославля, был отлит колокол весом в 600 пудов для кладбищенской церкви Спаса-Нерукотворного.
Не исключена вероятность отливки единичных колоколов и в других городах и селах губернии.

Самые большие колокола Тверской земли


Самые большие колокола в Тверской губернии, вес которых превышал 1000 пудов (более 16 тонн), имелись в городах Тверь, Калязин и селе Кимры.
В селе Кимры с начала 1830-х годов с колокольни Покровского собора звонил самый большой колокол тверской земли того времени весом в 967 пудов, отлитый в Твери на заводе Капустиных. В 1839 г. он пришел в негодность, дав трещину. В 1840 г. в Кимрах на средства купеческой семьи Малюгиных совместно с добровольными жертвователями некоторых прихожан был отлит новый, 1005-пудовый колокол. Это был первый колокол на тверской земле, вес которого превышал 1000 пудов. В 1853 г. он уступил свое первенство колоколу Тверского Спасо-Преображенского собора. Однако судьба его, как и предыдущего колокола оказалась недолговечной. В 1859 году, в результате пожара, опустошившего почти все село, большой колокол упал с колокольни и разбился.
Вот как описывает это стихийное бедствие, постигшее Кимры и его жителей, местный краевед А.С. Столяров: «…15 июня 1859 г. в 12 часов дня загорелся пустой сарай…Утверждают, что это был поджог…В самое короткое время чуть не все село охвачено было пламенем. Спасли жители только деньги, а имущество, движимое и недвижимое сгорело. Жар был так силен, что даже под защитою высокого берега Волги, на значительном расстоянии от горевших домов, стоять было невозможно и жители, так сказать, отступили в самую Волгу. Когда пожар подходил к концу, набежала страшная туча, разразился гром, полил проливной дождь. Казалось, наступило светопреставление. Вдруг к ужасу обезумевших жителей, раздался страшный треск. С колокольни собора упал колокол весом в тысячу пудов, проломив свод колокольни. Колокол упал на каменный церковный помост…»
Село в считанные годы вновь отстроилось. На восстановленной колокольне в 1864 г. появился новый колокол весом в 1006 пудов 9 фунтов, отлитый в Москве на заводе купчихи А.П. Финляндской.
Могучий бас большого колокола кимрского собора звучал вплоть до 1930-х годов. В 1936 г. Покровский собор был взорван и разобран на кирпич. Все 15 колоколов, в том числе и большой, были сброшены с колокольни и отправлены на переплавку. Ныне на месте Покровского собора, находящейся рядом с ним Троицкой церкви и колокольни находится здание Кимрского драмтеатра.
В 1853 г. на колокольне Тверского кафедрального Спасо-Преображенского собора появился колокол весом в 1025 пудов 14 фунтов, отлитый в Москве на заводе Самгина. Из Москвы колокол был доставлен санным путем в Тверь. 4 декабря 1853 года, в Рождественский сочельник в присутствии всего местного духовенства во главе с Тверским владыкой при стечении огромной массы народа колокол был поднят на соборную колокольню. На торжествах, по случаю освящения колокола и водружения его на колокольню, присутствовал в качестве почетного гостя владелец колокололитейного завода Д.Н. Самгин. Стоимость колокола составила 12488 рублей. Отлит он был на пожертвования тверитян.
В 1895 г. на колокольне Троицкого Калязинского монастыря появился 1038-пудовый колокол, отлитый в память умершего императора Александра III. Отныне он стал самым большим колоколом Тверской губернии. Отлит был колокол на монастырские средства при архимандрите Антонии.

Поднятие колоколов на колокольню


Церемония поднятия колоколов на колокольню считалась праздником для прихожан и важным событием в истории храмов. Она описана во многих литературных и иных источниках. Познакомимся с одной из таких публикаций в журнале «Тверские епархиальные ведомости», озаглавленной: «Поднятие колокола в селе Юрьевском Старицкого уезда 12 марта 1895 г.». (Дается с небольшими сокращениями.)
«В 10 верстах от г. Старицы, вниз по течению Волги, на правом берегу находится с. Юрьевское. Село небогатое, состоит десятков из трех крайне незатейливых крестьянских изб. Приход при селе – около тысячи крестьян-землепашцев. Но в этом бедном и сравнительно немногочисленном приходе красуется такой великолепный храм, каких в селах Тверской епархии, кажется, нет, да и в городах-то найдется немного. Для полного благополучия храма недоставало большого колокола. На предложение своего священника – слить большой колокол - прихожане откликнулись полной готовностью. Положив с души по 3 р. 25 к., они собрали более 3 т. рублей и на эту сумму слили колокол в 200 с лишним пудов.
На Старицкую станцию Новоржевской железной дороги колокол прибыл 3 марта. Когда священник спросил, как везти колокол: на своих ли приходских тощих лошадях или нанять сильных ломовых лошадей, народ как один человек закричал: «Не дадим нашего благовестника везти лошадьми, на себе повезем!» Священник растрогался до глубины души проявлением такого усердия, благословил прихожан везти колокол на себе. И вот, сделав дроги, прихожане чрез 2 дня пошли за благовестником. Расстояние от села до станции 20 верст. Большого труда стоило снять колокол с платформы и поставить на дроги…Проселочная дорога ухаб на ухабе, останавливались на каждом шагу. Но вот пошла погода, сначала небольшая, а скоро и такая, что свету не видать! Но труженики «Божиего дела» ни на что не смотрят; им весело и тепло. Они везут своего благовестника.
До Старицы 10 верст, и это расстояние везли целый день. На другой день нужно было провезти еще 10 верст; но толпа тружеников увеличилась, погода перестала и дорога стала лучше, повезли скорее. Вот осталось везти 3 версты до Юрьевского. Пишущий эти строки пошел посмотреть на колокол, а, главным образом, на тружеников…
Вот процессия приблизилась. Но что это такое? Как будто пение? Да, это пение, но пение не «Дубинушки», а «Спаси, Господи, люди Твое». Оказалось, что это труженики, чтобы укрепить и ободрить себя, всю дорогу пели священные песни…
Вот процессия поравнялась со мной. Усталости и утомления не заметил ни у кого: лица у всех бодрые и одушевленные…Вся огромная толпа дружно поет тропарь своего храмового праздника. У многих на глазах слезы. Каким прекрасным, религиозным, трудолюбивым показался мне этот народ!…Вот колокол поравнялся со мной: но его, собственно, не было видно от множества навешанных кусков холста, полотенцев и ситцев.
Вот и село. На околице его давно ожидала колокол огромная толпа старых и малых, которые не могли везти колокол. Когда колокол въезжал в село, вся эта толпа как один человек поклонилась до земли с воплем: «Кормилец наш, добро пожаловать!» Колокол привезли в ограду, и вся толпа по приглашению священника устремилась в храм, где с коленопреклонением благодарила Бога, исполнившего народное желание.
9, 10 и 11 марта свирепствовала такая вьюга, что с трудом можно было выбраться из хаты…Поэтому мы священники, думали, что народу на поднятие колокола соберется немного и опасались, что колокол даже и поднят не будет. Но светлое утро 12 марта показало…наш простой народ знает, что поднятие колокола есть торжество редкое, настолько редкое, что многие во всю жизнь не были свидетелями сего торжества. Как было не идти в храм, когда там будут поднимать колокол, звуки которого так милы и дороги нашему народу с самых пеленок?
И вот когда мы пошли к утрене, то увидели в ограде около колокола огромную толпу народа. На литургии было такое множество народа, что в огромном храме, как говорят, негде было упасть яблоку… Настоятель в обычное время литургии произнес слово, в котором выяснил значение звона в различные моменты церковного богослужения.
После литургии пошли с крестным ходом «на благословение кампана». По окропление кампана святой водой, один из священников сказал слово: «Божию споспешиствующую милостью, своими трудами и усердием, вы, прихожане сего храма, соорудили благолепный, тяжеловесный и благозвучный благовестник…А звук колокола имеет для нас, православных, большое значение. Когда мы слышим звук благовестника, какое-то особое торжественное благоговейное чувство овладевает нами; у нас душа радуется и сердце веселится; шапка как-то невольно снимается с головы, и мы благоговейно осеняем себя крестным знаменем. Звук колокола означает глагол Божий, благовествующий нам радость и призывающий на молитву и славословие Божие. Они, эти святые звуки, хотя без слов, но весьма ясно как бы говорят нашему православному русскому народу: «Сегодня праздник; успокойся от своих тяжких трудов, осени себя крестным знаменем и спеши в Божий храм…там ты обретешь покой души своей, там ты найдешь мир и радость…» Теперь у вас, братия сего святого храма, благовестник…звуки его будут достигать до отдаленных уголков вашего прихода. Да пребудет же невредим ваш благовестник на многие и многие лета и да благовестит он ваш день ото дне спасение Бога нашего. Аминь».
Получив благословение от обоих священников, мастер крикнул: «С Богом!». Народ взялся за канаты: канаты натянулись, но колокол только колыхался, не поднимался. Оказалось, что один блок плохо действовал. Когда мастер исправил повреждение в блоке, колокол стал подниматься и через несколько минут был на колокольне.
Колокол по народному представлению – предмет одушевленный и обладающий желанием и волею. Захочет он пойти на колокольню – пойдет, не захочет – никакие силы его не смогут поднять. Колокол поднимается легко и идет на колокольню с большой охотой, если в числе поднимающих нет больших грешников… Такое поэтическое, хотя и детское представление о колоколе можно объяснить сильной религиозностью простого народа. Колокол он называет «Божьим делом».
До позднего вечера народ не расходился от храма, с удовлетворением слушал действительно гармоничные звуки нового колокола».


Гибель колоколов


После октября 1917 года, с образованием советского государства, власти повели печально известную борьбу с религией. Одной из эффективных мер этой борьбы явился запрет колокольного звона, изъятие колоколов у храмов. Весной 1926 г. в губисполкомы были разосланы инструкции «О порядке пользования колокольнями». С этого времени колокольный звон стал возможным только с разрешения местных властей. Спустя несколько лет он был запрещен почти повсеместно.
Газеты 1920 – начала 1930-х годов пестрели заголовками: «Колокола на индустриализацию», «Увеличим металлический фонд страны», «Требуем изъятия колоколов», «Просим правительство быстрее разрешить вопрос об изъятии колоколов и передаче металла в фонд индустриализации»…
Колокола сбрасывались с колоколен храмов и отправлялись на переплавку. Только немногие из них уцелели. Одни попали в музеи, другие – в театры, третьи отданы на хозяйственные нужды (в качестве сигнальных в колхозы, пожарные команды и т. п.); единичные колокола были спрятаны верующими. Как происходило уничтожение колоколов, мы увидим на примере одной из крупнейших обителей страны – Троицкого Калязинского мужского монастыря.
Решением Президиума Калязинского уисполкома от 1 июня 1920 г. монастырь был закрыт. В том же году в части его помещений разместились экспозиции открывшегося краеведческого музея. Основателем музея, его директором на протяжении многих десятилетий стал И.Ф. Никольский (1898-1979 гг.). В связи со строительством Угличского гидроузла и угрозой последующего затопления прибрежной зоны, бывший монастырь в 1939 г. был разобран. С 2002 г. краеведческий музей г. Калязина носит имя И.Ф. Никольского, ему также присвоено (посмертно) звание «Почетный гражданин Калязинского района».
Механизм ликвидации колоколов осуществлялся по отработанной схеме. Перед отправкой колоколов на переплавку на металлургические заводы, местные власти обязаны были представить сведения о них в музейный отдел Наркомпроса, Главнауку. Если среди таковых встречались экземпляры, имеющие большую историческую ценность, их оставляли; остальные, которых было подавляющее большинство, подлежали переплавке.
В 1926 г. директор Калязинского музея И.Ф. Никольский, в исполнение полученного свыше предписания, отправил письмо со списком колоколов монастыря в Тверской музей, откуда оно было переправлено в Главнауку. В сообщении И.Ф. Никольского, в частности, отмечалось, что древних колоколов в монастыре не имелось. (Старые колокола вследствие повреждений были перелиты в 19 - начале 20 веков.) Эксперты из Главнауки, ознакомившись с документами, присланными из Калязина, дали санкцию на уничтожение колоколов. Вскоре после этого колокола Троицкого Калязинского монастыря были сброшены с колокольни и расколоты на куски. Самый большой колокол, весивший 1035 пудов, доставил разрушителям и самые большие хлопоты. Многочисленные попытки расколоть колокол оканчивались неудачей, пришлось прибегнуть к помощи динамита, что бы подорвать его.
И.Ф. Никольский ходатайствовал перед вышестоящим начальством о том, чтобы часть денежных средств, полученных от реализации колоколов, была выделена на работы по сохранению уникальных фресок монастыря. Эти фрески, по мнению крупнейшего ученого и искусствоведа в данной области И. Э. Грабаря, «по красивому ритму и густой звучной гамме красок превосходят фрески московского Успенского собора».
14 декабря 1926 г. представители тверского склада Рудметаллторга приняли от местных властей разбитые колокола монастыря (за исключением самого большого, который еще не полностью был расколот на куски) и предметы церковной утвари: бронзовые подсвечники, лампады, тарелки, чаши, решетки и т. п., предназначенные на переплавку.
В июне 1927 г. все, что осталось от колоколов монастыря, сотрудником Рудметаллторга Галаем было отправлено на завод в г.Ленинград. Акт о сдаче «цветного металла» был подписан представителем госфондовой комиссии Кашинского УФО Соколовым, о принятии - представителем Тверского отделения Рудметаллторга Галаем.
Некоторые сведения о ликвидации колоколов можно получить из документов Тверского губисполкома за сентябрь 1925 г. Из них мы, в частности, узнаем о том, что Тверская губкомиссия по госфондам изъяла: у тверского Успенского Отроч монастыря – 4 колокола (общий вес 540 пудов); у губернского исправдома – 2 колокола (30 пудов 25 фунтов) - которые затем продала Госпромцвету по цене 3 рубля 25 копеек за пуд.
В другом документе Тверской губкомиссии по госфондам, направленном в адрес Тверского музея, содержится просьба о разрешении реализовать колокола бывшего Воскресенского женского монастыря (г.Торжок), Казанского женского монастыря (г.Вышний Волочек) и бывшего храма Владимирской иконы Божией Матери Московского Драгунского полка (г.Тверь).

Возрождение колоколов


В конце 1980 - начале 1990-х годов в России началось восстановление разоренных и строительство (пока очень робкое) новых храмов и монастырей. Истосковавшийся по живительному и всепобеждающему христианскому вероучению народ устремился в храмы. Все чаще и чаще в городах и селах стал раздаваться колокольный благовест, столь желанный каждой православной душе. Яркой тому иллюстрацией является возведение храма Христа Спасителя в Москве на месте прежнего, разрушенного в 1930-е годы, обретение Троице-Сергиевой лаврой вновь отлитых колоколов (взамен уничтоженных в 1930-е годы), в числе которых – 72-тонный «Царь-колокол», водруженный на колокольню лавры в апреле 2004 г.
Подобные изменения наблюдаются и на тверской земле. Назовем некоторые из них.
20 декабря 1992 г. в Ниловой Столобенской пустыни (монастыре на озере Селигер) архиепископ Тверской и Кашинский Виктор в сослужении духовенства освятил новые колокола обители (самый большой весит 40 пудов), отлитые в Москве, в мастерской фирмы «Радонеж». Это был дар монастырю от Тверского экскаваторного завода (директор П.Б. Панкратов). После 60-летнего молчания над обителью, островом Столбным, селигерскими водными просторами разнесся завораживающий колокольный звон.
25 сентября 1993 г. с колокольни Вознесенского собора г.Твери, после более чем полувекового перерыва, вновь зазвучал колокольный звон. Этот концерт устроил один из лучших звонарей России В.Петровский из Архангельска.
На этом празднике по случаю возрождения колокольного звона в центре Твери присутствовали архиепископ Тверской и Кашинский Виктор, местное духовенство, множество граждан города.
Ныне звонарями собора являются его алтарники Александр Кузенков и Виктор Калиненко.
3 августа 1999 г. на колокольне Смоленского храма села Ильинского Кимрского района появился колокол весом в 135 килограммов, отлитый на фирме «ВНИИметмаш». На нем надпись: «Отлит сей колокол для храма иконы Смоленской Божией Матери села Ильинского в лето 1999 от Р.Х.». Большая часть средств на его изготовление поступила от выходца из здешних мест Ю.С. Осипова. На тулове колокола изображения Георгия Победоносца, Иисуса Христа, Пресвятой Богоматери и Николая Чудотворца.
7 июля 2000 года, в праздник Рождества Честнаго Славного Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, при тверском храме Рождества Иоанна Предтечи состоялось открытие колокольни. Колокола для храма были отлиты при содействии депутата Государственной Думы РФ В.Опекунова.
Весной 2003 г. на колокольне храма села Покровского Фировского района появился новый колокол весом в 268 кг.
18 ноября 2003 г. в Троицком храме села Уницы Кашинского района состоялся праздник по случаю освящения пяти новых колоколов. До позднего вечера над селом не смолкал колокольный звон.
Летом 2004 г. в Твери, в День города, в Воскресенском храме (в Заволжье), именуемом в народе храмом 3-х исповедников, были освящены 6 колоколов. На самом большом из них, весом в 220 килограммов, имеется надпись: «Сии звоны отлиты в 2004 г. от Рождества Христова на пожертвование фонда Михаила Круга». На колокольню они будут подняты после окончания восстановления последней. Все колокола были отлиты в г.Воронеже.
11 колоколов (самый большой из них весит 418 кг) появились на колокольне Николо-Теребенского монастыря Максатихинского района. Все они отлиты в столице братской Беларуси г. Минске в мастерской «Отличное литье».
Осенью 2004 г. на колокольне Богоявленского собора г.Вышнего Волочка появился новый колокол, отлитый в г.Воронеже на средства местных предпринимателей и горожан.
Появились новые колокола на колокольнях храмов: Воскресенского, что в Понизовье, Иерусалимской иконы Божией Матери в пос. Белый Городок Кимрского района; Введенской церкви г.Калязина, Ильинской церкви с.Селихова Конаковского района, Никольского храма села Ушаковские Горки Старицкого района и другие.
Уделим особое внимание трем вновь отлитым, самым большим колоколам тверской земли.
8 декабря 2002 г. в Никольском храме села Каюрово Кимрского района состоялось торжество по случаю обретения храмом нового колокола. Настоятель храма священник Павел Павивкин совершил чин освящения колокола, после чего тот был при помощи крана поднят на 2-й ярус колокольни. Колокол этот весом в 100 пудов (1600 кг), отлит в г.Тутаеве Ярославской области (в надписи на колоколе указано историческое название города - Романов-Борисоглебск). В верхней части тулова колокола отлиты изображения херувимов, в центре - Николай Чудотворец, Серафим Саровский, Сергий Радонежский и св. мученик Виктор.
На колоколе вверху тулова имеется надпись: «Отлит сей колокол в лето 2000 от Р.Х. к церкви святителя и чудотворца Николая, что в селе Каюрово при святейшем Алексии патриархе Московском». В нижней части колокола имеется надпись: «…и всея Руси при преосвященнейшем Викторе архиепископе Тверском и Кашинском при благочинном иерее Евгении тщанием рабов Божиих Виктора и Виктории Семеновых и чад их Антонии и Натальи. Лит колокол в г.Романове-Борисоглебске на заводе братьев Шуваловых».
22 декабря, в день храмового праздника святителя Николая Мирликийского, с колокольни Никольского храма села Каюрова прозвучал колокольный концерт в исполнении главного звонаря храма Христа Спасителя в Москве, председателя Российского общества звонарей Игоря Коновалова.
Кимрский поэт Сергей Лизин посвятил этому событию стихотворение, опубликованное в районной газете «Кимрский вестник».
Оживают по России
Церкви, храмы давних лет.
Лики Божии – святые
Возвращаются на свет.
Пред амвоном прихожане
В мирных помыслах чисты
Ставят свечи, а перстами
На чело кладут кресты.
Пастырь держит Божье слово
Восхищаясь и молясь.
И приходит к людям снова
Вера в Бога, с небом связь.
«Благодарствуйте миряне!
Храм наш с колоколом стал
Освятили и подняли
Его звонкий медный стан».
Он душа Никольской церкви
Голос к небу и живым.
С Божьей помощью и верой
Будь навек судьбой храним.
Из Каюрова волнами
Звон малиновый плывет
Над родимыми местами
В небесах его полет.

Всего с колокольни Никольского храма звонят пять колоколов. Второй по величине колокол, весом в 60 пудов, также отлитый на заводе братьев Шуваловых, на средства столичных предпринимателей семейства Селезневых был поднят на колокольне несколько раньше, в мае 2002 г.
28 августа 2004 года, в праздник Успения Божией Матери, на колокольне Успенского монастыря г. Старицы были подняты 12 новых колоколов. В этот день при большом стечении народа один из лучших звонарей страны, Владимир Петровский, специально приглашенный из Архангельска, совершил звоны: «Благовест», «Встречный», «Будничный», «Погребальный», «Водосвятный», «Праздничный». Каждому новому звону предшествовал устный рассказ наместника монастыря игумена Гермогена о его назначении. На торжество по случаю поднятия колоколов в Старицу прибыло ряд известных в стране персон – член Российского правительства В.Б. Христенко, крупный московский финансист А.А. Заикин, губернатор Тверской области Д.В. Зеленин.
Колокола были отлиты в г. Каменск-Уральском. Общий их вес составляет 4,5 тонны. Большой колокол весит 2,5 тонны. Отливку 11 колоколов финансировал А.А. Заикин, двенадцатый колокол – личный вклад настоятеля монастыря игумена Гермогена.
Как это не покажется странным, но самый большой на тверской земле колокол находится не в губернской столице - Твери, и даже не в городах - районных центрах, а в… селе Завидове Конаковского района, что на границе с Московской областью на шоссе Москва – Санкт Петербург. И это отнюдь не случайно. В селе Завидове находится храмовый комплекс, состоящий их великолепных древних каменных церквей: Успенской и Троицкой, самой высокой в Тверской епархии колокольне. Здесь же расположены: котельная, музей, дом для причта, церковная школа, благоустроенная парковая зона с прудом. Возле храмов – кладбище, со старинными надгробными памятниками. Здесь покоится прах митрополита Алексия бывшего Тверского владыки.
В храмах села Завидова служили вплоть до своей мученической кончины священники Григорий (Раевский) и Николай (Дмитров), в 1937 г. расстрелянные за веру Христову. Ныне они приписаны к лику святых священномучеников.
Настоятелем храмового комплекса уже много лет является митрофорный протоиерей, благочинный Конаковского округа Тверской епархии Валерий Ильин.
Летом 2002 г. был учрежден общественный фонд «Возрождение храмового комплекса в селе Завидове». Деятельность фонда находилась под духовным руководством Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. В попечительский Совет фонда вошли известные в стране люди Н.И. Рыжков (бывший глава правительства страны), В.И. Бабичев, Е.М. Примаков, Г.Н. Селезнев и другие. 27 июня 2002 г. утвержден Совет фонда в составе: В.Д. Ильина – председатель, Н.И. Габовой – секретаря, членов Совета В.Н. Мурга, Е.В. Дубяго.
На прошедшем собрании был принят устав фонда и обращение Совета фонда ко всем организациям, предприятиям, частным лицам с призывом помочь в восстановлении храмового комплекса. И призыв этот был услышан. На полученные средства к 20 июня 2003 года был восстановлен храм святой Троицы, в небо взметнулась вновь построенная 5-ярусная колокольня – самая высокая в Тверской области (прежняя еще раньше была разрушена), произведены многие другие работы.
10 мая 2003 г. на третий ярус колокольни (еще не совсем достроенной) были подняты пять колоколов, которые освятил архиепископ Тверской и Кашинский Виктор. Вскоре к этим прибавилось еще семь. Большой (праздничный) колокол весит 5 тонн. На верхней части тулова отлиты иконы-барельефы: Воскресения Христова, Покрова Богородицы, Тихвинской Божией Матери, Знамения Божией Матери. Несколько ниже находятся изображения апостолов Петра и Павла, святых митрополитов и патриархов Московских: Петра, Алексия, Филиппа и Тихона.
Надпись на колоколе гласит: «Отлит сей кампан в лето от сотворения мира 7511 от Рождества по плоти Бога 2003 года во время первосвятителя Патриарха Московского и всея Руси Алексия II ко храму Успения Божией Матери села Завидова по благословению архиепископа Тверского и Кашинского Виктора, в настоятельство протоиерея Валерия Ильина усердием и трудами Николая Ивановича и Людмилы Сергеевны Рыжковых, Михаила Валентиновича и Михаила Ваниных, Екатерины и Татьяны Ильиных, Василия Васильевича и Николая Анисимовых отлит в граде Романове – Борисоглебске на заводе братьев Шуваловых».
На втором по величине колоколе, весом в 2860 килограмм, отлиты изображения Христа Спасителя, святителя Николая Мирликийского, св. князя Александра Невского и Тихвинской иконы Божией Матери. Надпись на верхней части колокола гласит: «Благовествуй, земле, радость велию; хвалите небеса Божию славу». В нижней его части написано: «Сей колокол отлит в лето 2003 года ко храму Успения Божией Матери села Завидово по благословению архиепископа Тверского и Кашинского в настоятельство протоиерея Валерия Ильина, тщанием и радением Бориса Михайловича и Марии Николаевны, Николая, Людмилы Гутиных; Виктора Алексеевича, Ольги Александровны, Евгения и Полины Крутских; Александра Леонидовича, Ирины Владимировны, Марии и Романа Волковых; Владимира Ивановича, Павла, Дмитрия и Анны Бабичевых; Алексея Евгеньевича, Галины Викторовны и Максима Поповых».
Третий по величине колокол весит 1640 кг, четвертый – 820 кг, а самый маленький всего 8 кг. Общий вес всех двенадцати колоколов составляет 11 тонн 210 кг.
На этом закончим наше исследование. В новейшее время Российской истории зримо наблюдается возрождение православия: на тверской земле встают из руин разоренные некогда храмы, продолжается возведение новых, одновременно они обретают и колокола.
Нет сомнения, что в будущем этот позитивный процесс продолжит свое развитие. Не исключено, что в центре Твери будет возрожден кафедральный Спасо-Преображенский собор (на месте разрушенного в 1935 г.) – главный храм тверской земли. Залогом к этому является освящение Тверским владыкой Виктором установленного Поклонного креста и рядом с ним камня, на котором высечена надпись: «Сей камень установлен 7 июля 2002 г. в правление Светлейшего патриарха Московского и всея Руси Алексия по благословению архиепископа Тверского и Кашинского Виктора в ознаменования начала работ по восстановлению Тверского Спасо-Преображенского собора (разрушенного в 1935 г.)».
Хочется верить, что так и будет.

Главная
Символика и геральдика
Картография
О фонде
Археологический атлас
История
* Историческая география
* Историческая топонимика
* Дубненский край в IX-XI вв.
* Древнерусская Дубна (XII-XIII вв.)
* Постмонгольская Дубна и Дубенское мыто (XIV-XVI вв.)
* Позднее средневековье (XVI-XVII вв.)
* Северное Подмосковье в XVIII столетии
* Северное Подмосковье в XIX- начале XX вв.
* Лица и судьбы
* Окрестности
* Тверские колокола
* Ратмино
Новое время и современность
Федор Колоколов
Экспедиция
Издательская деятельность
Выставочная деятельность
Проект «Усадьба»
Ратминский камень
Проект «Сталкер»
Лаборатория гражданского общества
Помощь донецкому музею
Межрегиональный центр
Другая Дубна
Фотогалерея
Календарь
Кинохроника
О нас пишут
История и публицистика
Обратная связь

 


Партнеры и спонсоры



Historic.Ru: Всемирная история
Historic.Ru: Всемирная история




ИСТОРИЯ СПОРТА ДУБНЫ

© Дубненский общественный фонд историко-краеведческих инициатив "Наследие", 2004 г.
Дизайн и хостинг — «Компания Контакт», г. Дубна.


Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100